Ходят кони над рекою

Ищут кони водопою

А к речке не идут

Больно берег крут

Ни тропиночки убогой

Ни ложбиночки пологой

Ни помню дальше ни черта…

Собственно потому крепость так и поставили, она с крутого берега должна была с помощью своих трибушетов устраивать похохотать пытающимся переправиться оркам. А на последнем этапе и стрелами защитники уже доставали поди. Только вот от твердыни осталась груда камня, а от камнемётов одна зола.

-Ты отве… — что там хотел молодой рыцарь сказать простолюдину мы так и не узнали, потому что его прервал Килан.

-Молчать! Ещё одно слово и я велю казнить вас за трусость. Мы остаёмся. Все.

-Разумно ли это? — осторожно спросил эр Блом, вставая на тонкий лёд. Тут всё таки было феодальное общество, а не просвещённый двадцатый или двадцать первый век, где папа-генерал из ставки мог организовать для своего сынка личный приказ об отступлении. Тут всё держалось на авторитете семьи суверенов. И если Килан решит отступить с малым отрядом, оставив остальных помирать, задерживая орков в стиле советских пограничников в сорок первом году, то это даже не пятно на репутации м'Осато. Это натуральный ушат дерьма на всю семью. Соверены должны быть безупречны в глазах вассалов, если они хотят продолжать оставаться наверху общественной пирамиды. Ну или иметь коронное войско, способное забить недовольство поданным в глотки вместе с зубами. Но в южном герцогстве такого нет. Килан сказал своё слово. И отступать ему уже нельзя. И эру Блому нельзя. А ещё рыцарю ни в коем случае нельзя выживать, если младший наследник здесь сыграет в ящик. После этого если не получится умереть в бою, то придется броситься на свой собственный меч.

-Других вариантов нет, наставник — как-то даже иронично усмехнулся парень — Долг нашей семьи беречь юг Ахита, если поступлю иначе, то меня предки просто на том свете не примут.

-Глупо всё как-то вышло — буркнул эр Сомэ не весело, но успокоившись что ли. Сюзерен решил, варианты отпали, наше дело стрелять да помирать, зачем и почему полковник знает. Видимо парень резко перешёл от стадии отрицания в стадию принятия. А ещё поинтересовался у меня — Что на это духи-то говорят?

-Что нас конечно маловато, но они помогут нам сравниться с царём Леонидом и его тремя сотнями, что встали против двухста тысяч — хмыкнул я, как-то тоже приняв, что вариантов сбежать особо нет. Степь не лес, не те, так эти убьют, уж больно я приметный. Ни как врага, так как дезертира грохнут. А сама смерть… Ну она оказалась не такая уж страшная в прошлый раз, разговаривать с Мрачным жнецом было как-то даже страшнее. Главное в плен не попасть, а то у орков и плохо оструганная палка может найтись, а то и чего по интереснее. Ну нафиг такие штуки проверять — Если конечно мы покажем им славный бой, а не будем верещать как монашки, впервые в жизни член увидавшие.