Тем не менее я спустился не один, а с двумя телохранителями. Мало ли что. Мэйли и Айво ещё не вернулись, продолжая путать следы.
Войдя в пустой зал, я увидел трёх арабов в форме отеля. Один сидел за столом, держа руки на коленях. Второй стоял у передвижного столика, сервированного подносами с едой, до самого пола, накрытого белой скатертью. Третий стоял чуть в стороне, у окна, со сложенной газетой в руках.
Недоумённо оглядевшись, внезапно почувствовав тревогу, но сделать ничего не успел. Послышалось несколько тихих хлопков. Стреляли одновременно с двух сторон, очень профессионально и точно. Первый фальшивый сотрудник отеля прятал пистолет с глушителем под газетой, а второй под столом. Оба телохранителя упали на пол. К их чести, стоит сказать, что один почти успел выхватить пистолет, а другой прикрыть меня своим телом. В меня, кстати, тоже попали, только не пулей, а дротиком со снотворным. Коварная атака пришла со стороны третьего невозмутимого официанта, находящегося возле столика.
— Вот же чёртова гадалка. Накаркала, — ещё успел с досадой проворчать, прежде чем мгновенно онемевшее тело уткнулось носом в пол, покрытый мягким ковром.
Я сделал ту же ошибку, что и начальник мистера Смита. Недооценил решительность и изобретательность противника. Похоже, мой восточный вояж затянется.
Глава 3
С трудом разлепив глаза, ощущая сильную жажду, слабость и головокружение, мутным взглядом огляделся. Я находился в маленькой комнате с голыми стенами, окрашенными в жёлтый цвет, а также ровным бетонным полом. В ней не было окон, а единственный выход закрывала крепкая железная дверь с небольшими следами ржавчины. Ровный холодный свет люминесцентной лампы позволил хорошо рассмотреть это место. Судя по влажности и небольшому холодку, рискну предположить, что меня держат в подвале.
Сидел я на деревянном стуле. Руки были плотно притянуты пластиковыми хомутами к подлокотникам, а ноги к ножкам. Таким образом, меня полностью обездвижили. Поскольку чего-то подобного стоило ожидать, я пропустил бессмысленный этап с попытками сразу освободиться или начать кричать, требуя, чтобы меня отпустили. Зачем же позориться.
— Миленько, — сухо отметил обстановку, облизав потрескавшиеся губы.
Прислушавшись к внутренним ощущениям, попытался прикинуть, сколько я провёл в бессознательном состоянии. Согласно биологическим часам, очень долго. Возможно — сутки. Следовательно, за это время меня могли доставить куда угодно, вплоть до самой Англии. Не просто же так держали под наркозом. Одним уколом такого эффекта не добиться. Плохо.