Противник ожидаемо насторожился, дожидаясь моего следующего хода, пытаясь понять, что я задумал. Если повезёт, на чём-нибудь подловить, собрать компромат, или хотя бы вставлять палки в колёса. Англичане действовали предсказуемо, потеряв инициативу, а вот я импровизировал. Превратив свой номер в штаб, забитый офисной техникой и спецоборудованием, принялся искать выход. Еды и топлива на Морском коне хватит на неделю. За это время нужно что-то решить.
Немного выпив и послушав музыку, полюбовавшись закатом для охоты за музой, принялся командовать привезённым с собой оркестром. Для начала разбил одну сложную, почти нерешаемую задачу на несколько маленьких, более простых. Написал на маркерной доске список наиболее острых проблем. Напротив каждой указал возможное решение, в рамках правил, не способное перевернуть всю доску. Это ключевые критерии.
К утру, невыспавшиеся Фукуда, Мэйли и Бандо смотрели на меня как-то странно, с нечитаемыми выражениями лиц.
— Босс, вы гений! — похвалила Бандо, впервые за всю поездку расслабившись.
— Как вернёмся, напомните мне, пожалуйста, не играть с вами в азартные игры, — попросила зевающая Фукуда, сгрызшая от нервного напряжения половину ногтя на указательном пальце правой руки.
Мэйли молча встала, достала из кобуры пистолет и с пугающей улыбкой передёрнула затвор. Для неё тоже нашлась работа. Как раз по её профилю.
Глава 2
Поделив «слона» на маленькие части, собрав команду и распределив зоны ответственности, мы приступили к еде. Не торопясь. Основательно. Тщательно всё пережёвывая. Спешка в этом деле вредна для здоровья.
Изначально решение проблемы виделось мне развилкой четырёх путей. Фантастический вариант, идиотский, безопасный и реалистичный.
Фантастический вариант заключался в вооружённом захвате судна с дальнейшей попыткой перегнать его в Йемен. Бред чистой воды. Сам захват Морского коня вполне возможен, но вот то, что ему позволят свободно уйти в «пиратскую гавань» — сильно вряд ли. Не атаковать же военные корабли других стран. Я ещё не ознакомился с книгой японского писателя Ватару Цуруми: «Полное руководство по самоубийству». И как-то не горю желанием.
Для более глубокого понимания иронии в этом упоминании заядлого книголюба Синдзи стоит вспомнить, что по традиции для ритуала японского самоубийства под названием сэппуку нужно минимум три человека. Главное действующее лицо. Кайсакунин: доверенный помощник. Кенси: официальный свидетель или судья. То есть, у опозоренного лица всего два варианта. Уйти из жизни красиво, или не очень. При этом решение о его участии в этом ритуале могла принять третья сторона. Времена изменились, методы, но принцип-то сохранился. Так что буду ли я лично держать в руках оружие, или только рацию, ничего не изменит. Однажды этот секрет перестанет быть секретом и на «идеальном» бонсае клана Фудзивара появится «уродливая» веточка.