— А какой мне от этого прок? — удивился разбойник. — Штаны и сапоги с тебя я и так сниму.

— Ну, если ты победишь — я откуплюсь. Щедро. Слово чести. А если я — ты не препятствуешь мне ехать дальше.

— Откупишься, значит? — в голосе главаря послышалось веселье. — Что ж, принимается. Скучно, я вижу, не будет. Ненавижу скуку.

Андреа вздрогнула. Эта фраза была ей очень даже знакома. Она внимательно вгляделась в разбойника: в его долговязую фигуру и скрытое под шляпой лицо. Да нет, быть такого не может!

— Скучно не будет, — повторила она с некоторой растерянностью. — Мне так уже куда как весело.

Он засмеялся — и она тотчас его узнала. Смех Ренгара Барсельского спутать было ни с чем нельзя.

— Спускайся с коня, малец. Я тебя немного поколочу.

— Это я тебя поколочу, мерзавец, — фыркнула Андреа, уверенная в своих силах. — Кстати, твой брат знает, что ты сбился с пути истинного?

Теперь уже вздрогнул Ренгар, сдвигая на затылок шляпу и позволяя Андреа убедиться в своей правоте.

— Брат?

— Брат. Большой такой и очень занудный.

— Кто ты, мальчик? Мы знакомы?

— Победи меня — и узнаешь.

Ренгар хмыкнул. Он всегда любил повеселиться, Андреа помнила. И ее тоже учил… всякому. По большей части запретному и крайне неприличному.

Черт побери, да Ренгар в этом мире был ее единственным другом когда-то! До определенного момента, когда они оба переступили запретную черту. Но все равно она была ужасно рада его видеть. А будет ли он рад?

Спрыгнула с лошади легко и изящно, со звоном выхватила меч.

— Скажи своим головорезам, чтобы не вмешивались.

— Раскомандовался тут! Кто же ты такой, мальчик?

— Угадай! — и она ринулась в бой абсолютно без страха, с широкой хмельной улыбкой.

Зазвенели, скрещиваясь, мечи — а ей бы хотелось обниматься. У Ренгара был опыт и длинные руки, но Андреа не раз с ним фехтовала и знала наизусть его приемы. Вряд ли что-то поменялось за прошедшие годы. Тем более, он, кажется, и в Барсе не жил, а значит, часто тренироваться Ренгару не приходилось.

Она была быстра, изящна и непредсказуема, каждое его движение предугадывая. Бросалась в ближний бой, прекрасно понимая, что у него и меч, и руки длиннее, несколько раз ухитрилась полоснуть по ногам — не сильно, лишь оставляя разрезы на штанах. Уворачивалась, отскакивала, норовила поставить подножку. Это вам не сценическое фехтование, это бой без правил.

А он медлил, осторожничал — не хотел ни покалечить своего соперника, ни даже ранить. Обезоружить — да. Может быть, оставить пару царапин. А в голове лихорадочно мелькали мысли — он должен знать, кто перед ним. Ему ясно дали это понять — и все равно не боялись. Не так уж много народу способно было узнать Ренгара даже не в лицо — а по голосу и по фигуре. Перед ним не барселец, это однозначно. Мелкий слишком. Значит, кто-то из Мэррилэнда. Кто мог быть настолько безумен?