— Да, — уверенно ответила она. — Я тоже не сахарочек, милый. Поверь, я тоже в гневе страшна. Могу наговорить такого, о чем буду горько жалеть. Если меня понесло, я разрешаю тебе использовать эту магию. И вообще… Ой, ладно. Просто заткни меня любым способом.

— Заткну, — по-мальчишески ухмыльнулся он. — С превеликим удовольствием.

Андреа блаженно вздохнула, опуская голову ему на колени. Думать ни о чем не хотелось. Хотелось есть, спать и заниматься любовью, словом, отдаться природным инстинктам, чего она не позволяла себе ни разу в жизни.

— У тебя есть что-нибудь выпить? — спросила она у Рене. — Честное слово, мне очень сейчас это нужно.

— Разумеется, есть. Но немного, тебе вредно.

Она вдруг ощутила себя совершенно обессиленной. Столько лет Андреа не позволяла себе расслабиться, сдаться, опустить руки. Все сама, сама, да еще с непослушным болезненным ребенком на руках. И ладно бы ее ребенком, так ведь племянницей! Потребовалось немало времени и душевных сил, чтобы принять девочку и полюбить. Были дни, когда женщина горько жалела о том, что просто не дала Астории умереть. Насколько было бы проще жить! А потом ничего, привыкла, научилась жить одним днем, верить в то, что однажды она вернется домой и находить в этом смысл жизни. Книги, верховая езда, стрельба из лука, фехтование, спортзал три раза в неделю — Андреа делала все, чтобы быть уверенной в себе. И никакого отпуска. Знала, что расслабляться нельзя. Всегда начеку, собранная, готовая вернуться домой.

А здесь был Ренгар, который мог взять часть ее забот на себя. Не мальчишка, что провел десятилетие за решеткой, не слабая хрупкая девушка, а взрослый опытный мужчина, сообщник, который знал, что делает.

Неделя. Она дала себе неделю на ту жизнь, которой никогда не знала. Просто жить, не думая ни о чем. Просто наслаждаться вкусной едой, зеленой травой и бесконечным небом. Купаться голой в реке, валяться на земле вдвоем, смеясь, вместе охотиться. Много разговаривать.

Она рассказывала про чудеса другого мира, а он — чем живет Мэррилэнд. Лучшего экономического консультанта и придумать нельзя. Ренгар знал все о налогах, о торговле, об обороте зерна, о ближайших наместниках, о деревнях и городах. Знал, какие товары идут на экспорт, а что закупается в Барсе и Патре. Андреа успешно совмещала очень приятное с очень полезным.

Жаль только, что покой их был недолгим. Даже неделя не успела закончится, когда в лагерь влетел юноша на коне с криком:

— Рене, корабли Барсы идут по реке!

К счастью, и Ренгар, и Андреа были одеты, но даже если б было не так, до стеснения ли?