— Думаю, это вы не понимаете, — стоящий напротив меня охранник выразительно положил руку на кобуру, — у кого больше шансов оказаться там.

Следом жест отзеркалил и его коллега.

Два человечка с двумя пистолетиками. Ах, какая большая вражеская артиллерия. Ну что за люди вокруг? Мы ведь каждый раз пытаемся по-хорошему.

«У тебя на скольких сил хватит?» — поинтересовался я.

«На пятерых, — бодро отозвался Глеб. — Минимум.»

И у меня также. При желании мы даже нечисти можем навалять, не то что людям. Жизнь в доме, полном скверны, имеет свои преимущества — особенно, если ты восприимчив к Темноте. А колдуны, как впрочем и мертвяки, к ней восприимчивы.

Я кивнул. В тот же миг Глеб стремительно вытянул руку, резко схватил за грудки стоявшего рядом с ним охранника и дернул на себя. Болезненный вскрик, грохот железа. И смельчак, даже не успевший коснуться пистолета, оказался прижат к решетке ворот, как кусок мяса к решетке гриля — пытаясь освободиться и не в силах этого сделать. Ему оставалось только шипеть.

Глеб уже давно не обычный человек — с тех пор, как его душа оказалась у меня и связь с телом идет через меня и мою Темноту. Когда в теле нет души, ему не страшна скверна — наоборот, полезна. Она увеличивает силу в разы. Ну а что касается меня, я никогда и не был обычным человеком.

Рука охранника, стоявшего напротив меня, безвольной плетью упала вдоль тела, так и не сумев залезть в кобуру. Пока, глядя в его напуганные глаза, я вытягивал из него силу, он хватал ртом воздух, покрывался испариной и белел, становясь все более похожим на тех, кого охраняет. Когда до финала оставалось совсем немного, я разжал руку, отпуская его, и он, как мешок с отходами, плюхнулся на землю, не в силах пошевелиться — только в ужасе смотреть. Еще чуть-чуть — и он бы сдох. Но зачем переходить грань? Тем более кто-то же должен будет доложить Змееусту, что тут произошло.

Я повернулся ко второму охраннику, на чьей физиономии под натиском Глеба уже вовсю отпечатался узор решетки.

— Замок открыл, — приказал я. — Пока живой.

Друг чуть ослабил хватку, и дергающиеся пальцы нашего визави послушно нырнули в карман. Ключ провернулся в замке, и ворота со скрипом распахнулись.

— Не убивайте! — простонал охранник, в панике глядя на меня.

Через пару мгновений второе тело рухнуло на землю в том же состоянии, что и первое — чтобы не мешалось под ногами. Теперь оба, как кожура от фруктов, из которых выдавили всю начинку, лежали у ворот и отчаянно смотрели на Дарью, словно моля о помощи. Видимо, только сейчас оценили, что надо было по-хорошему послушаться Синод — как законопослушные граждане. Все случилось так быстро, что я даже толком не понял, кто они были: очень слабые колдуны или просто обычные люди. Хотя это и не слишком важно.