Решетов в ответ лишь раздраженно кивнул и махнул рукой: «Погоди!». Логинов хотел еще что-то произнести, но внезапно замер сам, до глубины души потрясенный тем, что происходило прямо у него над головой…

Внезапно все окружающее пространство наполнилось каким-то необъяснимым, исполненным глубины, гулом. Он был буквально осязаем — по коже людей прокатывались волны озноба, а внутренние органы вибрировали под воздействием неведомого излучения. В небе в ореоле протуберанцев возникло гигантское окно, периметр которого был очерчен ослепительно-белой линией. Постепенно сияние, бившее из этой, подобной замершей молнии, границы усиливалось и вскоре стало непереносимым для глаз… Несколько мгновений спустя в небе раздался ошеломительный хлопок, словно голубая даль стремилась порваться на части. Но, судя по всему, человеческий слух не был способен воспринять этот мощный взрыв на доступной ему частоте — он ощущался скорее интуитивно. За ним последовал воздушный удар, прижавший к земле траву и заставивший людей схватиться за головные уборы. А потом появилось оно — прекрасное, необъяснимое с точки зрения людей, небесное тело…

Это не было похоже на какой-то космический корабль, каким его привыкли видеть земляне через призму восприятия людей, снимавших фантастические фильмы. Взглядам нечаянных наблюдателей, застывших в нелепых позах посреди двора поместья Отра, предстало Нечто. Оно постепенно, обретая черты гигантского, переливающегося в свете лучей Зетро, алмаза появлялось из небесного окна, занявшего к этому моменту уже половину неба. Своим ограниченным разумом люди едва могли воспринять тот факт, что на свете может существовать что-то настолько огромное, практически — необъятное.

— Душу-то мать! — с непередаваемым восхищением воскликнул Игорь — пилот вертолета. — А не ебнет⁈

Ему никто не ответил. Седой, стоявший с застывшей на губах довольной улыбкой, проворчал, по всей видимости, обращаясь к самому себе:

— Е-мое, оказывается, и расы, стоящие на высшей ступеньке развития, не чужды обычных понтов!

От сияющего объекта, осветившего окрестности ярче чем само Зетро, к поверхности планеты устремился поток танцующих в разреженном воздухе частиц. Он, словно огромная сверкающая длань самого Бога, приблизился к Решетову, обволакивая его со всех сторон. Сергей, раскинув руки, в буквальном смысле лег на эти размытые эманации и легко поднялся над поверхностью земли. А потом он резко исчез — вместе с окутавшим его облаком космической пыли…

— И что теперь, — в замешательстве оглянулся Логинов на стоявших рядом с ним людей.