Седой сделал последнюю попытку. Он несколько мгновений выждал и проникновенно произнес:

— Тавр, прошу, выслушай меня. Твоя империя, жизнь и жизни близких тебе людей в опасности…

Великий лорет вновь по-сатанински рассмеялся, прервав речь Сергея. После этого Решетов рассвирепел. Несмотря ни на что, ни о чем умолять это полусумасшедшее создание он не собирался!

— Тебе смешно⁈ — ощерился Седой в ответ в хищной усмешке. — Ну так слушай меня, безумный лорет, все еще мнящий себя великим правителем! Если тебе не дорога собственная жизнь, уже отравленная страшной болезнью, то хотя бы задумайся о жизнях близких тебе людей — жены и дочерей! Мне было бы плевать на то, кто именно будет править Тирантомом, но меня очень заботит судьба моего сына. Как, впрочем и тебя должны беспокоить судьбы твоих детей! Да и подданных, кстати, тоже — если ты до сих пор считаешь себя властителем великой империи. Твое бездействие в данный момент убивает все это! И если ты немедленно не предпримешь необходимых мер, то Тирантом в ближайшее же время рухнет, словно замок, построенный из песка. И произойдет это когда к власти придет кровавый деспот, подобный твоему незабвенному братцу!

Кровь Тавра Кендро вскипела. Его лицо со впавшими щеками побагровело, а руки, вцепившиеся в толстые прутья клетки извела страшная судорога. Подобно дикому зверю, он оскалил свои пожелтевшие зубы и по-змеиному прошипел:

— Дерзкий легата, которому я по недоразумению присвоил этот титул! Как смеешь ты обращаться в подобном тоне к Великому лорету, в жилах которого течет кровь великой династии⁈ Жалкий червь, недостойный грязи с моих сапог! Завтра же поутру ты будешь казнен. И поверь, за остаток ночи я придумаю смерть, достойную твоей неслыханной наглости!

— Пошел ты со своими титулами! — сказал, словно плюнул, Седой. — Можешь себе засунуть их в… вместе с домом!

— Жди утра, убийца и святотатец! — взревел лорет. — Жди, и пусть оставшиеся часы станут для тебя вечностью ужаса и безысходности!

Вновь расхохотавшись, издавая звуки, похожие на карканье подыхающего ворона, Великий лорет удалился восвояси…

Вздохнув, Седой долго смотрел вслед удаляющемуся правителю. Из груди его так и рвался немой вопль… Нет, не о прощении! О возможности поведать об угрозе, нависшей над короной! Но кто его будет слушать? Всё на данный момент против него: улики, свидетели; верующие, которых он якобы оставил без пастыря; сам лорет, которого он смертельно оскорбил…

Решетов отошел к противоположной от входа стене клетки и устало опустился на солому — прошедший день совершенно вымотал его. Кажется, на этот раз он «попал»… И, судя по тому, какие меры предпринимались конвоем при его транспортировке, сбежать ему уже не удастся. Если взбесившийся правитель и правда «сочинит» ему к утру достойную его дерзости казнь, то…