Действовать надо тоньше. Но как? Я с час, наверное, просидел, прикидывая так и этак, но ничего путного в голову не приходило. В итоге решил, что лягу спать пораньше, а к 6 утра подъеду в этот район и буду искать дворников. Устрою опрос. Для маскировки использую тёмные очки и бейсболку. Даже немного пожалел, что сейчас не пандемия коронавируса, можно было бы нижнюю часть лица спокойно спрятать под медицинскую маску. Или хотя бы зима была, прикрылся бы шарфом.

По пути домой заскочил в комиссионный, чисто немного развеяться, сменить, так сказать, тему. В последнее время, как завелись деньги, стал частенько сюда наведываться, обычно раз в неделю. На антиквариат что-то потянуло, на красивые вещички. В прежней жизни даже и не задумывался над тем, что можно есть столовым серебром с фарфоровых тарелок 19 века. Оказывается, можно, в эти голодные годы народ готов чуть ли не за бесценок сдавать в комиссионку то, что десятилетиями, а то и веками считалось семейными реликвиями. Сам пару недель тому назад был свидетелем, как бабуля со слезами на глазах сдавала в скупку потемневшую от времени икону с ликом Николая Чудотворца. Да уж, если иконы сдают, можно представить, до какой степени обнищания правительство довело народ.

За ту икону, кстати, бабуле предлагали совсем смешные деньги. И глядя¸ как старушка после внутренней борьбы, бормоча под нос, что ей бы только хлебушка купить, совсем уж было согласилась расстаться с иконой, я мягко взял пожилую женщину за локоток и вывел на улицу. Протянул две пятисотенных купюры.

— Вот, держите, а икону отнесите домой, не дело такие вещи в скупку носить.

В комиссионке меня уже знали, примелькался. В отделе антиквариата отирался только один любопытствующий. Кивнул продавщице, которая улыбнулась в ответ.

— День добрый! Ничего новенького не появилось?

— А вот, посмотрите, на днях принесли. Может, заинтересует?

Она положила передо мной сложенную шахматную коробку, раскрыла, моим глазам предстали искусно выполненные фигурки.

— Слоновая кость, — со значением сказала продавщица.

И точно, слоновая.

— Почём? — оживился стоявший рядом мужчина.

— Полторы тысячи.

Интересующийся как-то сразу сник, задумчиво почесал затылок и отправился в другой отдел. Я же взял фигурку белого ферзя желтоватого оттенка, покрутил в пальцах. Показалось, что изнутри исходит вроде как даже тепло. Или это просто в магазине было душновато…

— Берёте?

— Беру, — вздохнул я.

Сумма немалая, но через полгода на эти деньги можно будет купить только блок сигарет. И шахматы, если эти полгода пролежат тут, получат совсем другой ценник. Деньги у меня имелись, вещь нравилась, шахматы я любил, хоть и особо не с кем было играть. Ничего, если до пенсии доживу, найду такого же любителя шахмат, будем сидеть на лавочке в парке, двигать фигурки. А пока можно и с бабулей в свободное время поиграть, она вроде как умеет играть, Если только время на