Здоровенный сержант — того и гляди рубашка по швам пойдёт — остался стоять у выхода, всем своим видом демонстрируя, что мимо и мышь не прошмыгнёт, а капитан и старшина занялись проверкой документов.

Меня это как-то сразу напрягло. Прежде о всех проверках нам заранее докладывали, и мы предварительно сами выясняли, не крутится ли на рынке какой-то криминальный элемент или мигранты с солнечного юга, не имеющие даже временной прописки. А тут… Хм, ладно, посмотрим.

Тем временем капитан со старшиной добрались и до нашего столика. Гоша тоже выглядел настороженным, хоть не подавал и виду. Паспорта мы, как порядочные граждане, всегда носили с собой. Люди битые, знаем, что могут пригодиться в любой момент, даже хотя бы при опознании в морге (тьфу-тьфу), вот и держим постоянно при себе.

— Можно ваши документики? — сипловатым голосом поинтересовался капитан.

— Пожалуйста.

Гоша протянул свой паспорт гражданина СССР первым, капитан раскрыл книжечку с вложенным в него вкладышем — временным документом, удостоверяющем гражданство Российской Федерации, и с каким-то равнодушием стал перелистывать странички.

— А ваш можно?

Он взял протянутый паспорт и удостоверение чоповца, в то же время не возвращая Гоше его документ.

— А вы мне паспорт не отдадите? — спросил тот, и в его голосе что-то едва заметно дрогнуло.

— Не спешите, — хмуро ответил капитан, листая мой паспорт.

И тоже с каким-то пусть и не показным, но равнодушием. То есть он вроде старался изобразить интерес, но получалось у него это плохо. Наконец захлопнул и мой паспорт, после чего обвёл нас с Гошей строгим взглядом.

— А вам, граждане, придётся проехать с нами в РУВД.

На какое-то мгновение повисла пауза. Стараясь сохранить максимальное хладнокровие, я поинтересовался:

— А в чём, собственно, дело, капитан? Что не так?

— Там всё и узнаете. Расплачивайтесь и следуйте за нами.

Я краем глаза заметил, как сержант у входа сделал незаметное движение рукой к кобуре, и у меня неприятно засосало под ложечкой. Менты или, как говорил Остап Бендер, конкурирующая фирма? А у меня всего лишь травмат, Гоша вообще безоружный. Если здесь начнётся пальба, то долго нам против троих вооружённых людей, которые наверняка умеют обращаться с огнестрелом, не продержаться. Да и посторонние могут попасть под раздачу. Оно нам надо? Тем более ещё далеко не факт, что это липовые менты.

А если им стало известно о том, кто расправился с Кулаковым? Хоть я и был уверен, что надёжно загримировался, однако… Как бы эта уверенность не переросла в самоуверенность.

— Хорошо, пройдёмте, — пожал я плечами, поднимаясь.