Мои показные спокойствие и уверенность в голосе, наверное, тоже сыграли свою роль, но думаю, полковник действительно был наслышан о не совсем чистых на руку своих подчинённых. Во всяком случае, он как-то сразу сник и, глядя в окно, откуда через открытую форточку доносился шум проезжавших по проспекту автомашин, пробормотал.

— Я разберусь с этим, не позволю марать честное имя милиционера.

А вот сейчас мы сделаем ход конём.

— В принципе, я понимаю ваших подчинённых, зарплата у них, согласитесь, не слишком большая, а практически у каждого семья, которую надо кормить. Верно?

Романов не ответил, но по его взгляду я понял, что так оно и есть. Что ж, кнут был, настало время пряников. Надеюсь, прокатит.

— У меня к вам, товарищ полковник, простите, не знаю, как вас по имени отчеству…

— Герман Семёнович.

— Так вот, Герман Семёнович, предлагаю, если можно так выразиться, амортизирующий вариант… Ваши подчинённые могут затовариваться на рынке скажем, с 10-процентной скидкой, но только перед праздниками. Исключение делаем только для вас. В любой момент можете прислать своего подчинённого со списком необходимых продуктов, и наш администратор всё устроит в лучшем виде.

Честно сказать, предполагал и такой момент, что полковник сейчас вскочит, начнёт топать ногами и брызгать слюной с криками, мол, как ты, сопляк, посмел предлагать такое сотруднику правоохранительных органов. Но, видимо, время, в которое мы живём, ломает даже самых стойких. Романов помолчал, переваривая информацию, затем со вздохом сказал:

— Ладно, я подумаю над вашим предложением. Телефон вашего старшего администратора у меня есть, через неё будем связь держать? Тогда чирканите ещё и номер домашнего, если таковой имеется.

В общем, расстались довольные друг другом. И стоило устраивать спектакль с проверкой документов?

По возвращении на рынок я вызвал Нурмата, объяснил диспозицию.

— Никаких наркотиков от слова «совсем», понял меня? — грозно сведя брови, сказал я. — Отвечаешь головой.

— Всё понял, начальник, — отрапортовал Нурмат. — Правда, возможны конфликты с ворами, у них тут по наркоте свой интерес.

— Ты, главное, свою работу качественно выполняй, начнутся тёрки — ссылайся на меня. А мы уж тут сами порешаем.

Когда Нурмат ушёл, Гоша задумчиво поскрёб начинавшую пробиваться к вечеру темнеющую щетину. Чернявый по жизни, при желании он может зарасти чёрной бородой по самые уши, как хасид. Но до такого, насколько я помнил, мой товарищ не докатится. Хотя… История-то ведь свернула на другую дорожку, и уже ни в чём нельзя быть уверенным.