Обратно так же шли пешком, нагуляли аппетит, как раз к ужину поспели. Как мама и обещала, на столе присутствовала осетрина, на этот раз хозяева тоже отведали этой дорогущей рыбки.

— Завтра выезжаем после обеда, — сказал Павел Владимирович. — Неторопясь доберёмся до одного места. Там переночуем, а на зорьке поплывём рыбачить. И паспорта не забудьте захватить, там кахазская граница рядом.

Как и было сказано, на следующий день после обеда отчим выгнал из гаража свой «вездеход», мы загрузились, не забыв прихватить снасти и съестные припасы, и погнали на юг, в сторону дельты Волги. Я ехал на переднем пассажирском, Алина расположилась сзади.

Ехали и правда не спеша, тем более что «Нива» далеко не спорткар. За окном мелькали деревенские пейзажи, лесов не видно, так, лесочки-перелески, всё больше степь да лесопосадки. На полях вовсю идёт уборка дынь и арбузов. Вторых на порядок больше, может быть, дыни в местном климате растут не слишком хорошо, не знаю, или просто арбузы из-за более низкой цены лучше уходят. То и дело попадались стада коров, реже отары овец и уже ближе к цели увидели верблюдов, гулявших, казалось, сами по себе. Периодически по сторонам мелькало зеркало водоёмов, больших и малых, коротких и вившихся между холмов, заросших по берегам камышом и осокой.

У Павла Владимировича давно было облюбовано местечко возле протоки под названием Центральная Жилка. Здесь на лодочной станции круглый год жил его знакомый Михалыч. Станцию Михалыч выкупил год назад и теперь являлся тут полным хозяином, зарабатывая прокатом лодок на хлеб с маслом. Хотя друзьям, каковым считал и моего отчима, давал моторки бесплатно, брал только за бензин. Ну и от рыбы не отказывался.

— Вот, знакомься, Михалыч, мой пасынок Сергей и его, хм, невеста Алина, — представил нас отчим.

Михалыч был немолод, носил застиранную флотскую тельняшку и чёрные мореманские брюки, подпоясанные широким кожаным ремнём, на котором висел нож в ножнах. На ногах — резиновые сапоги.

— Решил молодое поколение приучить к рыбалке? — хмыкнул в усы Михалыч. — Это правильно, а то молодёжь нынче занимается не тем, чем надо.

Чем именно — хозяин станции не уточнил, но Алина зарумянилась.

Как оказалось, в подарок Михалычу отчим привёз бутылку хорошего коньяка, которую рачительный старик тут же припрятал, а на стол по случаю нашего приезда выставил бутыль самогонки. Для девушки и нам на запивку хозяин достал из погреба охлаждённый морс, тоже собственного изготовления. Сидели в обнесённом плетнем дворике, за деревянным столом, с двух сторон которого стояли отполированные многими задницами скамейки.