— Запомни, Сыч, спокойной жизни у тебя теперь не будет.

А у Гоши? А что будет с рынком? Хотя что будет — мы с однокашником поставили поезд на рельсы, сейчас он набрал ход и спокойно едет себе в светлое будущее. И неплохо едет, бригада имеет неплохой кусок с прибыли. Всё это я подумал, глядя вслед уезжающей машине.

Ладно, это уже не мои проблемы. У нас завтра с Гошей поезд на Москву. И до отъезда мы должны сидеть тихо, не высовываясь из своих квартир, а за час до поезда Абрамов-старший пришлёт за нами машину со своим телохранителем, которая доставит нас на вокзал.

Сидеть и ничего не делать было достаточно утомительным занятием. Пробовал читать, но, глядя в книгу, думал совсем о другом. Тревожило, ох как тревожило меня наше будущее. Чёрт нас с Гошей дёрнул запнуться частным извозом и автомастерскими. Можно ведь было предвидеть, что Иваныч с Козырем не смогут спокойно наблюдать за нашими успехами. Это люди такой породы, которые ради денег пойдут на всё, ну или почти на всё. Может быть, Гошу всё же побоятся трогать, учитывая, кто его папаша, а вот я для них — плюнуть и растереть. Так что если к кому и подошлю того же Сашу — то по мою душу точно.

В таких вот мыслях и прошёл весь день, в течение которого Гоша мне несколько раз звонил и однажды даже припёрся в гости. Переживает парень, и я его прекрасно понимал. Может, уже сто раз и пожалел, что ввязался во все эти дела. Но обратной дороги нет, прошлое не изменить… Если, конечно, не случится история с подселением сознания, что произошло в моём случае. Но не думаю, что это происходит сплошь и рядом.

Из подъезда к машине мы двигались чуть ли не бегом, ещё и пригибаясь. Конечно, вряд ли бы Иваныч решился столь скоро на такой радикальный шаг, но… Как верно подметил Абрамов, лучше перебдеть, чем недобдеть.

На вокзале в ожидании посадки сидели в самом дальнем уголке зала ожидания, бросая по сторонам настороженные взгляды и стараясь как можно меньше привлекать к себе внимания. Чёрт, даже как-то противно немного стало. Ладно Гоша, он по жизни трусоват, но какого лешего я праздную труса?! Человек, ещё не так давно (если брать меня нынешнего) ходивший в рукопашную с ножом.

— Слышь, Гошан, — повернул я голову к другу. — Я остаюсь.

— Как это?

В его глазах плеснулось непонимание, смешанное с нарастающей паникой.

— Да вот так, остаюсь и всё. Не дело это — голову в песок прятать.

— Серый, да ты чё? На фига этот ненужный героизм? Тоже мне Рэмбо нашёлся! Одиночки только в кино всех побеждают и живыми остаются, а это жизнь! Слушай, Серый, хорош дурака валять. Поехали, две недели в Москве в своё удовольствие проведём. В крутых клубах потусим, с девчонками познакомимся, хочешь — в театры разные, на выставки сходим… А, Серый?