Алина отчего-то смутилась, потупила взор.

— Мой день рождения.

— Ого, поздравляю! Сколько стукнуло — не спрашиваю, женщинам всегда восемнадцать.

—А я и не скрываю, на самом деле на год больше, девятнадцать.

— Тоже неплохо. Кстати, от меня презент.

Я достал из кармана фигурку и протянул ей.

— Это нэцкэ.

— Ой, как в фильме «Каникулы Кроша»?

— Ага, точно, как в фильме. Это Бэндзайтэн, женское божество. Оно дарует представительницам прекрасного пола счастье и помогает устроить личную жизнь. Так что в личной жизни у вас всё теперь будет отлично.

— Спасибо!

Она привстала на цыпочки и чмокнула меня в щёку. Тут же снова засмущалась, да и я почувствовал себя немного не в своей тарелке. Но было приятно, чёрт возьми.

Она ушла в зал первой, я чуть погодя, перед уходом рассмотрев свою покрасневшую физиономию в висевшее над умывальником зеркало. Не красавец, но что-то есть. Хотя и слабо верится, что меня влюблены все девчонки нашего района… Или даже микрорайона.

— Ты куда пропал-то? — встретил меня вопросом Гоша. — С животом, что ли, проблемы?

— Да нет, это я так… Хм… Это… У меня ещё один вопрос. А ты, собственно, себя-то в этом бизнесе кем видишь? В бригаду к нам пойдёшь?

— Серый, я что, похож на идиота?! Оно мне надо? Буду твоим коммерсантом. В кавычках конечно. Будем вместе работать. Ты со стороны криминала, я буду отвечать за связь с власть имущими товарищами. Через батю, конечно. Он тебе, кстати, советовал ни в коем случае не прекращать учебу.

— Это почему?

— А я знаю? Ему видней. Значит, есть у него на тебя какие-то планы.

— Так, Гош… В общем-то, мы с тобой практически всё обговорили. Нюансы будем додумывать в процессе. Предлагаю прямо сейчас мотануться в «Радугу», может, повезёт Антона там застать, тем более тренировки у нас сегодня нет. Если Антон в «Радуге», то и обговорим эти темы.

— Антон — это Козырь, что ли?

— Для тебя Антон. И не вздумай при нём его называть Козырем, уяснил?

— Понял, не дурак.

— Тогда погнали.

Гоша с барского плеча расплатился с официантом, и мы, поймав какого-то частника, минут через десять уже переступали порог «Радуги».

— Антон здесь? — спросил я Петровича, который тут уже несколько лет исполнял роль то ли метрдотеля, то ли охранника. А скорее всего, всё в одном лице.

— Вон сидит, — кивнул он в сторону нашего закутка.

Антон был один. Что ж, тем лучше, никто не помешает приватному разговору.

— О, Серёга, привет! Какими судьбами?

Козырь, избегавший при посторонних людях кличек, привстал из-за стола, на котором располагались небольшой пузатый чайник из стекла, где уже какого-то травяного чая оставалось не так много, чашка с чаем на блюдце, сахарница и лежали какие-то бумаги. Мы поздоровались. Он с лёгким подозрением глянул на Гошу.