— Я такой же, как вы, — начал он, глядя куда-то сквозь меня. — Пришелец на этой планете. Только у нас дома сейчас идет уже четвертая волна.

Он замолчал, явно погрузившись в воспоминания. Фиолетовый свет факела отбрасывал причудливые тени на его лицо, делая его похожим на древнюю маску.

— Я был в первой десятке выживших, кто убил зомби после прихода Системы, — в его голосе прозвучала нотка гордости. — Помогал другим, организовывал убежища, учил новичков… Три года мы держались, становились сильнее. А потом…

Он сжал кулаки так, что костяшки побелели.

— Это была обычная вылазка. Простой инст второй волны — мы такие проходили десятками. Подумаешь, мобы устаревшие на два цикла. Нас было пятеро… — его голос дрогнул. — В одном из залов наткнулись на развалины. То ли храм древний, то ли алтарь — не разобрать. Джим, он всегда был любопытным, нажал на какой-то символ…

Новый раскат грома заставил пещеру содрогнуться. Пленник вздрогнул, словно очнувшись от транса.

— Портал активировался мгновенно. Меня, Джима и Майка затянуло прежде, чем мы успели что-то понять. Остальные остались там, дома… — он горько усмехнулся. — Наверное, им повезло больше.

Я заметил, как Кира и Астра перестали греметь посудой, внимательно прислушиваясь к рассказу.

— Первые дни были кошмаром. Чужой мир, незнакомые мобы, полная неизвестность. А потом на нас напала группа местных тварей. Майк погиб первым — даже закричать не успел. Мы с Джимом уже прощались с жизнью, когда появились они…

Его лицо исказила маска ненависти:

— Разрушители. «Спасители» наши… Перебили мобов, забрали нас. Я сразу почуял неладное, но выбора не было.

Он замолчал, сглатывая ком в горле:

— На базе началась «обработка». Всё красиво — про избранность, про экспансию как высшую цель, про особую миссию… Джим… — его голос сорвался. — Джим сразу возмутился. Сказал, что это безумие, что мы не такие. Я не успел его остановить…

Пленник закрыл глаза, и я заметил, как по его щеке скатилась слеза.

— Они убили его. Прямо передо мной. Хладнокровно, показательно… А потом повернулись ко мне с улыбками: «Ну что, друг, присоединишься к нам?»

Его смех был больше похож на рыдание:

— Выбор без выбора. Либо как Джим, либо с ними. Я… я согласился.

Снаружи сверкнула молния, на мгновение превратив фиолетовые тени в белое сияние.

— Потом был их «особый ритуал». Какой-то мужик, явно из главных, положил мне руки на голову. Что-то бормотал, пытался влезть в мозги… — он впервые улыбнулся по-настоящему. — Но знаете что? Помните, я сказал про первое убийство зомби? Система тогда дала мне пассивку — иммунитет к ментальному воздействию. За три года ни разу не пригодилась… до того момента.