Позиция неизвестного в группе была особенной и чрезвычайно интересной. Остальные члены отряда постоянно корректировали своё положение относительно него, создавая многоуровневую систему защиты. Это напоминало поведение элитной охраны вокруг особо важной персоны, но с одним существенным отличием — здесь всё происходило на каком-то интуитивном уровне, без явных команд или сигналов.

Каждое, даже самое незначительное движение неизвестного вызывало мгновенную реакцию всей группы. Если он слегка замедлял шаг — вся формация плавно перестраивалась, сохраняя оптимальные дистанции. Когда он менял направление взгляда — щитовики едва заметно усиливали защиту в этом секторе. Это было похоже на работу сложного механизма, где каждая деталь точно знает свою функцию и идеально синхронизирована с остальными.

Группа продвигалась неторопливо, излучая уверенность, граничащую с превосходством. В их движениях не было ни малейших признаков настороженности или опасения возможного преследования. Теперь, наблюдая за ними вблизи, я мог подтвердить каждое слово из описаний разведчиков, и даже больше.

Щитовики, занимавшие фланговые позиции, поддерживали защитный купол с впечатляющим мастерством. Их руки двигались в сложном ритме, постоянно корректируя параметры защитного поля. Это не были случайные жесты — каждое движение имело свою цель, меняя структуру и интенсивность защиты в зависимости от окружающих условий.

«Живой накопитель» — или «батарейка», как его метко окрестили — демонстрировал удивительное понимание энергетических потребностей группы. Он словно чувствовал, когда кому-то из товарищей требовалась подпитка, и оказывался рядом за мгновение до того, как в этом возникала необходимость. Его прикосновения были едва заметными, но после каждого такого контакта в движениях получившего энергию появлялась новая лёгкость.

Специалист по фаерболам занимал позицию справа от центра построения — идеальное место для быстрого реагирования на угрозу с любого направления. Его выдавала характерная боевая стойка и особая собранность, присущая опытным боевикам. Даже во время обычного движения его руки находились в позиции, позволяющей мгновенно начать каст заклинания.

Но самым интригующим оставался неизвестный. Он двигался иначе, чем остальные — словно не шёл, а плыл над землёй. В его экипировке не было ничего примечательного: минимум защитного снаряжения, отсутствие видимого оружия. Однако что-то в его осанке, в манере держаться выдавало огромную внутреннюю силу. Каждый его жест, каждый поворот головы воспринимался остальными членами группы как неявная команда, вызывая мгновенную реакцию всего построения.