«Выходит, не только человек, моб или иное существо может спровоцировать звуковую волну,» — подумал я, и Кира тут же отозвалась:

«Да, пересохшая ветка, упавшая с дерева, она точно так же может спровоцировать звук, который начнёт усиливаться и распространяться. Этот факт нужно учесть в дальнейшем.»

Я мысленно согласился. В сознании уже складывалась картина того, как работает эта параллельность. Звук не просто усиливался — он находил что-то вроде резонанса с самой материей пространства, и чем дальше распространялась волна, тем сильнее становилась. Как снежный ком, катящийся с горы. Или как лавина.

Небокрыл плавно скользил в потоках воздуха, точка на карте мигнула, и стрелка стала показывать, что мы приближаемся к цели. Итого, минут через двадцать пять после взлета, мы уже подлетали к нужной точке и стали снижаться. Это была такая же большая каменная площадка, как возле портальной арки где мы попали в эту параллельность. И что удивительно, здесь также присутствовал портал, который был пустой, неактивный — просто каменная рамка без следов энергии.

Я осторожно направил Небокрыла на посадку, и он мягко коснулся поверхности площадки. Как только мы приземлились, я отозвал его. Кира спрыгнула первой, её движения были такими же лёгкими и плавными, как всегда. Она огляделась, а я остался стоять рядом.

Буквально через десяток секунд на площадке пошла небольшая квадратная трещина. Каменная плита приподнялась, открывая люк, из которого выглянул потрёпанный мужик с коротко стриженой бородой. Он быстро махнул нам рукой, мол, пошли, и тут же спрятался обратно, явно не желая оставаться на поверхности ни секундой дольше необходимого.

Мы переглянулись с Кирой. Эмпатия уловила её лёгкое напряжение, но не страх — скорее, обычную настороженность. Ну, мы сами сюда стремились, поэтому, не став спорить и уже не удивляясь — после встречи с Риком подземные жители больше не казались чем-то из ряда вон, — мы спустились в люк, который тут же был закрыт за нами.

Под ногами оказалась лестница из грубо обтёсанных камней, ведущая глубоко под землю. Тусклые кристаллы, вмонтированные в стены, создавали слабое освещение, достаточное лишь для того, чтобы не споткнуться о ступени. Почувствовав, что мы уже достаточно глубоко, я деактивировал кристалл абсолютной тишины, чтобы не тратить его запас. В итоге мы использовали его чуть меньше, чем наполовину. А значит, полтора часа абсолютной тишины мы могли себе позволить в будущем.

Мужик, который нас встретил, обернулся, когда мы спустились за ним примерно на уровень трёхэтажного дома. В тусклом свете кристаллов его лицо выглядело изрезанным глубокими морщинами, а глаза казались почти чёрными. Он оглядел нас с ног до головы, словно оценивал товар на рынке, и только потом заговорил — тихо, но отчётливо: