— Наш серый друг хочет встретиться, — ответил я, чувствуя, как холодок пробегает по спине. — И похоже, дела совсем плохи. — Я зачитал ей сообщение.

Кира внимательно выслушала.

— «Ожидайте противодействия»? — она нахмурилась. — Звучит как ловушка. Причём довольно очевидная.

— Возможно, — согласился я, но что-то подсказывало, что не всё так просто. — Но почему тогда он предупреждает нас об опасности? Если бы хотел заманить в ловушку, логичнее было бы выбрать безопасное, на первый взгляд, место.

— А эти координаты? — Кира активировала карту. — Пустошь в пятидесяти километрах отсюда. Там же ничего нет, кроме развалин.

Я изучил карту внимательнее. Указанная точка находилась в самом центре мёртвой зоны — территории, которую все избегали из-за высокого фона радиации и агрессивных мутантов.

— Именно поэтому он и выбрал это место, — понял я. — Там никто не будет нас подслушивать. Ни люди, ни возможные агенты Системы. Слишком опасно.

— Но и для нас тоже опасно, — возразила Кира. — А что если это проверка? Или того хуже — он уже работает на Систему и хочет нас убрать?

Я задумался. Сомнения были обоснованными. Модуль-17 с самого начала вёл себя подозрительно. Откуда у него такие знания о планах Системы? Почему он помогает нам, а не работает, как задумывалось искусственным интеллектом изначально на саму Систему? И главное — можно ли ему доверять?

С другой стороны, у нас не было других зацепок. НИС и сам искусственный интеллект, находящийся на ней, оставался нашей единственной надеждой на получение ответов о том, что происходит с параллельностями. А Модуль-17 был единственным, кто мог нас к нему привести.

— Знаешь что, — сказал я наконец. — Риск есть, но альтернативы нет. Если мы не пойдём, то так и останемся в неведении. А Система тем временем будет продолжать свои планы.

— «Ваши действия привлекли внимание Системы», — перечитала Кира. — Это про фанатика? Или про что-то ещё?

— Не знаю. Но если Система действительно знает о нас, то сидеть сложа руки точно нельзя. Нужно действовать, пока у неё не появилось времени подготовить какие-то ее контрмеры.

Кира помолчала, взвешивая все за и против.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Но нужно хоть как-то подготовиться. Продумать план отступления. И при малейшем подозрении на ловушку — сматываемся оттуда со всех ног. А не так как ты вечно — а, и так прорвемся!

— Согласен, — кивнул я. — Рассвет — это часов в шесть утра. Значит, выходим в четыре, чтобы добраться скрытно.

— А как насчёт радиации в пустоши? — спросила Кира. — У нас же нет защитных костюмов.