Он моргнул. Сбился с мысли и проглотил заготовленную фразочку.

Одной рукой я держал его на прицеле, другой полез в карман и вытащил фотографию. Старую. Потёртую. На ней мы сидим вдвоём: молодые, грязные, но живые. Обнялись и улыбаемся. После той операции в Чечне, когда я вытащил его из пекла и сам едва не сдох.

Бросил ему на грудь.

Он машинально поймал, поднёс ближе к лицу.

— Это… — он нахмурился. — Это здесь при чём?

— При всём, — ответил я.

Он поднял на меня глаза.

И я произнёс ровно то, что он сказал мне тогда, на складе. Тем же тоном. Без эмоций и глядя ему прямо в глаза.

— Ничего личного, братан. Просто бизнес. Прощай… друг. Не срослось, как грица.

Ларин застыл. Лицо побелело, глаза округлились в неверии. Узнал, сука. Узнал.

— Са… ша… — прошептал он. — Саша?.. Откуда ты… Ты же… Ты… это невозможно…

Я буквально физически ощутил, как внутри у меня всё покрывается инеем. Смотрел на него не моргая.

— За Мишу, — проговорил я. — За ребят. За всех, кого ты пустил в расход просто потому, что мог.

Ларин дёрнулся, попытался отползти.

— Нет! — закричал он. — Нет-нет! Подожди! Ты не понимаешь! Это всё…

— Понимаю, — сухо бросил я и выстрелил. Дважды.

Ларин дёрнулся и затих.

Я стоял над ним и ждал. Раньше, когда я представлял этот момент, думал, что мне станет легче, отпустит та заноза, которая осталась после предательства человека, которого я считал больше, чем другом, — братом. Думал, что внутри появится хоть что-то — злость, радость или облегчение.

Ничего.

Пустота.

Спать только хочется. Устал.

Убрав пистолет, сделал шаг. Второй.

Где-то вдали послышались голоса и топот ног. Возможно, охрана. Возможно, Вася с группой поддержки наконец-то приехал. Как всегда вовремя. Уже неважно.

Я вышел во вторую дверь, которая вела прочь с парковки на улицу. Кое-как доковылял до ближайшего такси, завалился в салон. За рулём сидел пожилой мужчина с пышными седыми усами. Он обернулся и уставился на меня флегматичным взглядом, будто к нему в машину сел очередной тусовщик, а не окровавленный мужик.

— Здорово, отец, — прокряхтел я, устраиваясь поудобнее. — Чистка с меня.

Мужик кивнул и продолжил смотреть на меня всё с тем же спокойствием.

— Новочепецк. Адрес назову, когда приедем в город.

Мужик снова кивнул, отвернулся и завёл двигатель. Вскоре мы уже мчали по ночной Москве. Но на этот раз мне было абсолютно плевать, что там за окном и как сильно изменился город.

Я лежал на заднем сиденье, прикрыв глаза, и постепенно проваливался в сон.

Месть не принесла мне ожидаемого спокойствия или радости. Впереди ещё много взлётов, падений, радости и горестей. Но уже обычных, привычных и понятных.