С этими словами Станислав буквально ткнул носом дежурного офицера в ту самую запись. А ведьименно он, дежурный, должен был обратить на нее внимание при заступлении в наряд. Опять формальность?!

Пока несчастный связист старался собраться с мыслями, командор развернулся.Сдернул со стены памятку и сунул ее в руку майора.

– Ни звука сейчас. Изучайте, – строго говорил Станислав. – И у вас еще останется время подумать, а заодно и дать оценку себе самому. Только используйте при аттестации десятибалльную шкалумоего дерьмометра. Ваши слишком примитивны, содержат чрезмерно много льгот и неучтенных параграфов. Если подумаете, сами поймете: в личной самооценке у вас полно упущенных составляющих. А потом, когда вы закончите, сравним вашу цифру с моей. И, майор, объясняю для особенно одаренных! Не нужно после моего ухода кидаться к селектору и хвататься за коммуникатор. Путь ваш предшественник отдыхает. Устал же, наверное, после тяжелого трудового дня. Его разбудят, будьте уверены, когда возникнет необходимость.

Лицо несчастного офицера даже не побледнело, оно стало натурально зеленым. Что творилось в эти секунды в его взмокшей разболевшейся голове, трудно представить. И ни к чему. Его голова – его боль.

Завершив внеплановую инспекцию, командор вновь направился к адмиралу. Информировать командующего о результатах проверки следует лично и сразу.

Спешка в данный момент имела еще одну важную особенность, ведь Накамура готовился к отлету в Совет. Известие об истинной причине срыва важнейшей операции, пусть добавило бы ему «синяков», зато успокоило бы «вершителей судьб человеческих». «Фантом» по-прежнему непреодолим. Можно было расслабиться хотя бы в эту сторону.

– Вылет на какое-то время отложен, – сообщил адмирал после того как с воодушевлением выслушал обстоятельный рапорт Родимова. – Причину мне не назвали. Это неважно. Возможно, и к лучшему. Не будем затягивать неприятные моменты. Соберите по списку всех офицеров, допущенных к несению вахтенной службы на центральном посту, а я пока пообщаюсь с Советом.

Конечно же, Станислав первым делом известил о результатах проверки группу «ведьм». И это было справедливо не только по причине того, что именно они стали добровольными инициаторами расследования. Стас просто чувствовал на уровне подсознания, с каким нетерпением ожидали девчата вестей от нового командира…

– Сочувствую нашему адмиралу, – вполголоса высказался Гросс, когда присоединился к Родимову на пути к совещательной комнате. – При любом результате расследования все шишки достанутся его голове. Что сказать? Не самое многообещающее начало правления. Еще не приехал – небоевая потеря, а теперь вообще просто жуть.