Браконьерство каралось без права на амнистию. Смерть. И избежать наказания невероятно сложно. Наблюдение за лесами и водоемами велось через ИНТЕРПОЛ. Уже говорилось о многочисленных спутниках, вышках и дронах, патрулях и береговых поисковых станциях.

Если на экране радара появлялся объект, операторы уже знали, зарегистрированный это объект или нет. А дальше – неминуемый перехват, и, конечно же, конфискация улова и судна. Экипажу – расстрел на месте. Перенаселенность планеты и тут привела к ужесточению карательных мер.

Там, где позволяли условия, повсеместно приветствовалось разведение домашней птицы или скота. Если еще и корма для выведенного поголовья владелец обеспечивал сам, то, разумеется, помимо полной удовлетворенности в пищевом аспекте, сам фермер диктовал цены на продовольствие в регионе. Стало быть, производители пищи любого формата являлись весьма зажиточными людьми.

Если владелец фермы работал на пищевой концерн, то корма для скота поставлял компаньон, но и выращенное поголовье владельцу не принадлежало. Он получал только оговоренную контрактом часть для себя и семьи и какую-то сумму наличности.

С открытием производства искусственной пищи стало значительно легче. Пищевые рационы беспрестанно совершенствовались. Компании-конкуренты здорово преуспели в создании аналогов натуральных продуктов. И все-таки приходилось признать – полностью заменить настоящую курицу синтетической не получалось. Натуральное – есть натуральное!

Но! Упаси боже, кому-нибудь залезть в соседский сарай и украсть курицу. Отговорка вроде: «мои дети голодают» не проходила. Сегодня ты накормил семью, а завтра ты будешь смотреть, как всех ее членов казнят у тебя на глазах. Ты сам тоже умрешь, но последним!

Жестокие меры. Очень жестокие, но оправданные при сложившихся обстоятельствах. Однако это не значит, что исчезла преступность. Вовсе нет. Вспомнить хотя бы Леру… Лера… Девчонки…

Станислав проснулся в мягкой постели. Рядом стоял небольшой переносной столик вроде тех, что любители активного отдыха используют для удобства в походах. За столом уютно пристроился мистер Джонатан Картер. Док что-то скрупулезно записывал в электронном блокноте и не видел пробуждения пациента.

– Долго я спал?

Профессор с широкой улыбкой оторвался от мудреных записей, понятных только ему самому, и снисходительно взглянул на Родимова.

– Ровно столько, сколько потребовалось вашему организму, голубчик.

Док вновь радостно улыбнулся.

Однако в данный момент Станислав не разделял его оптимизма, к тому же начинала нудно побаливать голова. Он попробовал приподняться, но Картер остановил произвольный порыв командора в зачатке.