Многое из того, о чем говорила Грейс Уокер, командор уже знал. Ужасная реальность. Даже тем, кого Стас считал продажными тварями, тем, кто, по мнению командора, не заслуживал права спасения, подобной жестокой участи он все-таки не желал.

– Прости, Грейс. Понимаю, ты очень устала. Последний вопрос. Что дает тебе столько уверенности? Почему ты говоришь, что Тина не стала жертвой пришельцев? Еще раз, прости.

– Успокойся. Закономерный вопрос. Тина не стала. Она и раньше, как и я сама, избегала тестирования. Списки зачитывают рядовые бойцы или вообще новоявленные «гражданские» сотрудники. А они легко поддаются внушению. Тина мысленно убеждает сотрудника в том, что ее имя он уже называл. Соответственно, названного увели. Или она умерла. Или уже поступила в работу. Сами сервы никогда не сверяют списки фильтрационных накопительных лагерей. Данные в них меняются ежесекундно. Толпы народа с разных уголков планеты. Кто-то умер. Кого-то добавили… Внутри мегаполиса посложнее. В каждом жилом секторе или блоке список жильцов строгий и проверяется. И сектора, как я уже говорила, разделяются по назначению. В любом случае Тина легко справится. Так было множество раз еще дома, в Австралии…

– Это же тот самый «золотой ключик», Станислав! И мы откроем потайную дверь, но не в каморке старого Карло. Наша дверца поинтереснее.

После подробного отчета Родимова адмирал Накамура словно заведенный носился по кабинету. Заместителя он отпустил. Командор сам напросился. Предложил набросать примерный план хотя бы одного варианта проникновения, чтобы можно было о чем-то конкретном доложить по инстанции.

При всем желании для выполнения просьбы Грейс Уокер, особенно на завершающей стадии операции, Станиславу необходима поддержка, а использовать ресурсы Проекта самовольно командор не мог ни при каких обстоятельствах. О чем и предупредил женщину.

Сошлись на том, что Станислав дал офицерское слово, не позволять никому никаких «изучающих феномен экспериментов» ни с матерью, ни, тем более с ее дочерью. Единственным осложнением в новом свете событий стала неизбежность использования эксклюзивных способностей самого командора в сложном процессе. То есть риск потери уникального человека.

Как раз об этом открывшемся обстоятельстве адмирал в данный момент докладывал «на верха».

После естественной смерти последнего представителя основателей всемирной организации его место на посту Председателя Комитета занял никто иной как Ричард Кауфман, небезызвестный могучий банкир.

Разумеется, когда служебная информация дошла до Родимова, Стас не очень обрадовался результатам тайного голосования членов Совета. Точнее будет сказать: вообще не обрадовался. Так или иначе, изменить положение дел он не мог. Приходилось мириться с реальностью. Не привыкать.