В подобных случаях говорят: «удар ниже пояса». Сара окончательно сломалась. К тому же, зная о врожденной способности командира к восприятию чужих мыслей, Сара прекрасно понимала и то, что в реальности обмануть его невозможно.

– Сэр! Командор-майор… Простите меня, сэр. Я сейчас же удалю ваши данные. Готова понести любое наказание, только не наказывайте Изабеллу и Леру.

– Не бубни уже, – прервал Станислав. – Если бы я сам не захотел, чтобы вы обо мне прочитали, вам бы и не удалось. Я получил уведомление о несанкционированном использовании моего допуска сразу, как только ты набрала мой позывной и личный номер.

Сара вылупилась на начальника тупым взглядом. Открыла рот, но сказать ничего не смогла.

– И стирать из памяти мои данные ты не будешь. Пусть останутся. Живем в исключительной лабильной обстановке. Никогда невозможно предугадать, что случится через секунду… И не тряситесь. Ни я, ни док, мы ничего не видели.

– Сэр! – открыла рот «Зубатка», но командор рукой прикрыл его.

– Хватит. Не дуры. Все поняли и самостоятельно сделали правильные выводы. Повторяться и мусолить пройденное много раз нет времени и желания. Уяснили?

– Так точно, сэр! – хором подхватили «ведьмы».

– Отлично, – кивнул Станислав. – Следующее. Дамы, ваш уважаемый и достопочтенный куратор, пока вы знакомились со мной, так сказать, познакомил меня, по моей настоятельной просьбе, с каждой из вас. Я знаю, что память ваша в полном порядке. Знаю о вас все, что возможно было узнать. Так вот, разотрите уголовную часть своей памяти об асфальт. Вы уже давно не те, кем были до того, как попали в отряд. Не спорьте и не перебивайте.

Станислав шагнул к тому месту дивана, где присела Мовшан.

– Когда я впервые увидел вас через узкую щель в проеме, я видел уже не тех мерзких тварей, по кому крепко соскучилась виселица. Я видел девушек, готовых осознанно принять смерть за подругу. Их же вижу сейчас. И слышал я голослюдей , а не трусливых человекообразных сыкух, боявшихся ответственности за содеянное и вставших в позу «Героини Монмартра» лишь от безвыходности. Поэтому и сказал вам тогда: мне безразлично, кто именно нажал на курок. А когда вы сообщили о случайном убийстве посланца ударом пальца в глаз, я уже знал, кто из вас это сделал. И сегодня получил тому подтверждение. Так ведь, Сара?

Что хотела ответить несчастная девушка так и осталось тайной, потому что ее ответ не имел для командора значения. Он знал главное. Знал, что ему не солгали.

– Ты хочешь спросить, как я догадался? – все же уступил любопытству, легко читаемому на изумленных лицах подруг, босс. – Просто… Я умею замечать мелочи. Умею слушать и сопоставлять… Рост вестового примерно под метр восемьдесят пять. Вы все ниже. Значит, удар должен был пойти снизу-вверх. Первое. Следующее. Чтобы пальцем убить человека, это нужно хорошо попасть. Пробить глазное яблоко и проникнуть в мозг. Пальцы должны быть длинными, а удар по диагонали еще больше увеличивает необходимый размер. Такие пальчики только у одной из вас. Еще и ноготь сантиметра два, не меньше, на среднем пальце левой руки. Кстати, потом объяснишь мне, зачем? Били как раз именно левой. Почему? Глаз выбили правый. Потому что он был ближе. Вы мне сказали, что человек спросонья вышел в сортир. Стало быть, шел человек, если вышел из кубрика, справа налево по отношению к входной двери блока. Все в копеечку. А не рассчитал удара тот человек, потому что вышел в коридор без очков. Спросонья, да еще и дальнозоркость. Вот и все. Так? Поправь, если я где ошибся.