Помимо Саргона, здесь обитала Дарина, его подруга и по совместительству друид-агроном. Девушка с веснушчатым лицом и руками, испачканными в земле, «практиковалась в фитокинезе местного биома», как она сама высокопарно выразилась. Если же говорить проще, отвечала за разведение магических агрокультур, под которые Саргон с рабочими разбивали плантации.

— Без неё наши посадки давно бы сгнили или того хуже, сбежали, — усмехнулся Саргон, кивая на склонившуюся над рассадой Дарину.

Та, не отрываясь от работы, бросила через плечо:

— А без тебя, дорогой, у нас бы до сих пор не было даже этих жалких островков.

Её агрокультуры больше напоминали гибрид грибов и водорослей, растущих в подобии торфяной кашицы. Каким это растение было изначально сложно себе представить. Дарина явно провела не одну целенаправленную мутацию, подбирая варианты, способные не просто выжить, но и процветать в местной экосистеме. Сложная работа, выдававшая в ней серьезного специалиста. Такие растения требуют постоянного контроля и ежедневного магического ухода. Глядя на то, как она увлеченно возится с несколькими образцами рассады, выведение окончательного варианта растения еще не закончено. Каждый образец она осматривала с хирургической внимательностью, временами что-то шепча сквозь стиснутые зубы. То ли заклинания, то ли проклятия, так просто и не определить.

* * *

На рассвете, едва успев привести себя в порядок и наскоро позавтракать, я сгонял глянуть на соседний мирок, заодно прихватив с собой небольшой отряд заготовителей. Вернувшись, обнаружил, что все уже находятся в полной готовности к походу и буквально бьют копытом в ожидании меня.

Особо отличился Тотошка. Стоило его отпустить на свободу, как он тут же сиганул за не в меру голосистой квакушкой прямо в болотину. Хорошо, что не утоп с концами, но наделал шуму на весь лагерь. Глупый суповой набор, провалившись по брюхо в трясину, замер в обиженной позе, будто до последнего не хотел признавать коварность ненадежной тверди.

Пришлось экстренно демонтировать кусок частокола и вытягивать застрявшего питомца канатами. Шия, покрытая с ног до головы тонким слоем тины, нетерпеливо пыхтела, ожидая меня. По иронии судьбы, все её сменные вещички мирно покоились в моем хранилище. Но главная проблема была даже не в этом. Отъевшийся костяной обормот, просто физически был не в состоянии нас сопровождать. Его острые лапки проламывали проложенные по болоту гати, не рассчитанные на таких массивных пешеходов.

— Может, надувные баллоны ему под низ приделаем? Пусть своим ходом плывет! — предложил я, с сомнением прикидывая, каково будет вытаскивать его в следующий раз из трясины.