Вернувшись к цитадели, я сразу же заметил уже поджидающую меня Лену и махнул ей, приглашая ко мне в комнату.
— Прости меня, — тут же покаялась девушка, стоило нам остаться наедине. — Но во время сражения с тнакатами передо мной появился бог света и сказал, что у тебя большие неприятности с другими богами. Он сказал, что ты многое потеряешь, но он даст тебе новую силу. А я помогу ему сделать так, чтобы ты про нее не забыл.
— Ты знала, что именно использовала на меня? — я решил сначала разобраться в деталях.
— Да, этот свиток не внушал тебе никаких новых мыслей, только ускорял отправку туда, куда ты и сам хотел пойти. Я решила, что риск минимален, — быстро протараторила девушка.
— Почему ты поверила первому встречному, что назвался моим богом? — еще один важный вопрос.
— Он принес мне клятву, принял гейс, что сейчас скажет правду, — девушка даже как будто немного растерялась от моего вопроса.
— Что именно он сказал? — внутри стало неуютно. Если сейчас выяснится, что это была клятва о том, будто перед Леной действительно бог света, то у меня неприятности.
— Он сказал, что он твой бог, — и чего она улыбается? — А еще он сказал, что ты обязательно это спросишь. А потом обязательно простишь.
Вот ведь засранец. Но одно радует — все это часть интриги бога обмана, а не показавшего свои уши через Кирилла настоящего Десятиликого.
— Прощу, — пожалуй, я действительно готов это сделать. — Но с одним условием. Прямо здесь и сейчас ты должна выбрать, кому ты служишь — лично мне или богу света, или кому-то там еще! Потому что в будущем я не готов терпеть игру себя за спиной, даже якобы мне во благо. Думай, у тебя ровно минута!
Глава 36 Споры
Как я и думал, на лице Лены отобразился весь спектр эмоций. Растерянность, страх, ненависть, обожание, обида, недоверие — все эти, казалось бы, трудносовместимые переживания были направлены на меня через немигающие расширенные глаза паладинши. И только сейчас я сам понял, что натворил.
Девушка всегда, во всяком случае, сколько я помню, доверяла мне. Слушала, что я говорю, задумывалась над моими словами. В какой-то момент она стала видеть во мне лидера, отчасти учителя. И вот она, похоже, решила, что может меня кое в чем превзойти. Не в силе, нет, не в даре убеждения. В знании того, что нужно свету. Вот только, в отличие от меня, Лена принимала все максимы и мое толкование их за чистую монету. По крайней мере, усиленно делала вид, что это так. И с каждым днем, с каждой новой победой в ней росла непоколебимая уверенность в своей правоте, основанной на преданности стихии. Не мне — ее учителю и поводырю. Самому свету, даже не так — Свету с большой буквы С.