— Послушайте, мой народ должен находиться вместе, тогда мы си… — Услышав наш разговор, залепетал последний из старших глав семей выдр.

— Нет, ты меня послушай, старейшина. — Перебил я выдру. — Сейчас, пока вы ничего не знаете, не можете и из себя не представляете, будете делать так, как я говорю. Ясно⁈ — Мой внезапный рык, а так же, накопившаяся к выдрам и их моральному облику неприязнь, проступили на лице. Я до конца хотел оставаться добрым и хорошим человече. Но делать это, когда одни, поджав хвосты, бегут, а другие за них умирают, становилось всё сложней и сложней.

— Ясно… разрешите мне остаться с ранеными, Шаман? — Спросил меня напуганный староста выдр. Я был зол и с горяча мог много чего натворить, он понимал это и не смел противиться. Чувствуя, что перегибаю, пытаюсь взять себя в руки, соглашаюсь оставить старика, а после даже выдавливаю из себя короткое «извините».

Озёрный, в данный момент не мог вместить в себе столько новых жильцов. Оставив Обба приказ, в случае невозможности сохранить, сжечь галеру вместе с врагом, отдаю очень опасный и опрометчивый приказ отряду выдвигаться обратно в деревню. Нам стоило дождаться рассвета, так было бы лучше, но внутренний голос толкал меня вперёд. Пустив во главе отряда Пом и Зелёную, с арбалетом в руках и мечом за спиной шёл впереди, в авангарде, с другими воинами. Будучи в подавленном состоянии, я не чувствовал страха смерти, впервые за все свои годы жизни не боялся умереть от чужих когтистых лап или челюстей. Я жаждал отмщения, хотел крови и… этой ночью ей было не суждено пролиться. Хищники в погоне за галерой оставили здешние места. Всего через пару часов пути мы спокойно вернулись домой.

Коровка Белая с распростёртыми объятиями встретила меня, прижала к своей большой, молочной и горячей женской груди. Голова моя полностью утонула в этих молочных железах, рискуя задохнуться в её объятиям, прошу вскипятить мне воду, приготовить закуски и снеди для себя и наших многочисленных гостей. Видя на лбу моём запёкшуюся кровь, Белая делегирует данную работу Бэлле, а сама, берется повторно обрабатывать мои раны.

Вырдры, с открытыми ртами, глазея и охая, разглядывали каждый домик, каждый уголок и водосток в нашей деревне. Дабы помочь им прижиться, прошу Боба заняться их размещением по деревне. Не смея спорить, не успевший выздороветь после прошлого налёта кролли, хромая, обязуется исполнить всё в лучшем виде. Помочь ему в этом берутся Куому и То-то.

Испытывая величайшую неприязнь к своему врагу, к хищнику, проклиная их, вспомнил о его дарах. То был некий большой, закупоренный сосуд, подаренный мне Черным глазом. Что там было, кровь, или ещё что? Хотелось разбить и поглядеть… потому тут же отправился на кухню, где ждало меня ещё одно открытие.