— У них, хищников, совсем не так… — пустив слезу от столь пафосной моей речи, поправила меня Зелёная, словом отказавшись от своего прошлого происхождения. — Каждый заботится только о себе, на самок всем плевать, на детей, которых мы, матери, так бережём, тоже… Выживает сильнейший… А вы и стариков тоже кормите?

Вопрос Зелёной ещё больше насмешил Хохо, и та ответила за меня, отчего на лице Жабки появилась робкая улыбка.

— Вот потому, что каждый сам за себя, хищники и проиграют эту войну, — заключил я, двинувшись к вёдрам с картохой. Хватит ебалом щёлкать, пора браться за работу!

— Я помогу вам, господин староста! — воскликнула Зелёная. Кажется, Пом и вправду не ошиблась в своей ставке на эту волчицу. В душе её ещё полно добра. Сама молода, резка и активна, также легко поддаётся дрессировке и быстро приручается. Она точно породы волков, а не пёсиков каких?

— Нет. Это та работа, которую я должен сделать сам, — ответил я, а после велел девушкам отправляться готовить обед. Сегодня каждый должен наесться досыта, отмечая мою очередную личную победу. Пусть я и потрачу почти весь световой день на поле, зато смогу использовать остатки картофеля в погребе для обеспечения довольствия гарнизона будущего форта. Это на ещё один маленький шажок приближает меня ко дню, когда придётся спасать выр-выр.

Создавать планы на ещё не поспевший урожай не стал, хоть что-то с него мы ведь точно соберём, а значит, также укрепим своё положение. До того ещё будет рыба, молоко и, если потребуется, мясо коров. Коровки являлись нашим стратегическим запасом. Старик Мудра тоже поддерживал меня в инициативе сберечь скот. Ещё до нашей встречи мы оба думали, что наладить общение и коммуникации двух вождей станет проблемой. Только всё — слава богине — обошлось. Как по мне, он оказался максимально доброжелательным человеком, хоть и в открытую называл меня слишком холодным к девушкам. Я, блять… ебущийся по ночам по три, а то и четыре раза, слишком холодный⁈ Спрашивать о годах его любвеобильной юности не стал, даже боясь представить, что вытворял этот секс-гигант.

Главное, что я оправдал его ожидания, понял его, а он меня, всё остальное мы оба считали незначительными минусами друг друга.

Пока я с криком: «Мотивацию надо поднять!» — словно комбайн, херачил в поле, несколько раз парни Кобаго возвращались домой с трофеями, а также нашими ранеными. Две группы, одна серокожая, другая хищная, встретились нашим разведчикам. Рыкунов разделали под орех, с зубастыми всё оказалось не так однозначно. Лишь близость и тесность находящихся в зрительном контакте бойцов му и кролли помогли нам избежать жертв и при этом застрелить двух хищников, бивших из засады. Численное меньшинство не останавливало волков и лис, ещё не привыкших к мысли о том, что их зубов не боятся, а атаки постоянно ожидают. Оттого враг в своих налётах, на наши большие группы нёс потери, пытаясь выманить нас, заставить гнаться за собой, отступал, после чего, не достигнув желаемого результата, возвращался вновь, повторяя цикл заученных нами действий. Их охотничьи луки оказались оружием мною переоценённым. В фильмах я много раз видел, как всякие Робины Гуды, попадая в грудь или спину, разили по пять-семь противников за считанные секунды. Только тут всё слегка по-другому. Безусловно, точный выстрел в сердце или голову тебя убьёт, но в основном всё летело в тушку, ослабляя или попросту раня противника, лишая того возможности убегать или вести преследование. В общем, тактика хищников «рань, напугай, разгони, добей» полностью перестала работать.