— Вот это уж не знаю, — пожала плечами Иглая. — Мне самой всегда было интересно, чего ждёт Лирей. Но, думаю, это тебе стоит спросить у него. Решить этот вопрос раз и навсегда.

— Неужели он любит меня? — всё ещё не веря, спросила я.

Иглая закатила глаза.

— Уж в этом точно нет сомнений!

— А вот и пирожные, — улыбнулся Мейл и подал нам две тарелки сладостей.

Я смотрела на свою, но будто не видела её. Я пыталась сопоставить всё, что сказала Иглая, с тем, что чувствовала сама. Моя закрытость сыграла со мной злую шутку. Как и неуверенность. Тяжело поверить в то, что кто-то может быть в тебя влюблён, когда все парни убегали от меня, сверкая пятками. И ведь до академии у меня не было никакого опыта социального взаимодействия. Я всегда была одна.

— Беги уже! — рыкнула Иглая.

Я очнулась. Посмотрела на сцену — там уже выходила Дара со своим номером, и по залу загрохотала тяжёлая музыка. К сцене начали сбиваться все студенты. Нужно найти Лирея!

Я бросилась в толпу, пытаясь найти сереброволосую шевелюру дракона, но никак не видела его. Время было не на моей стороне — до полуночи оставалось не больше получаса. Наконец, я выскочила из зала, убедившись, что внутри Лирея нет. Возможно, он за кулисами? Скоро ведь объявление Принца бала. Я побежала к чёрному ходу, но попала в руки Эрмеса. Парень улыбнулся и обнял меня.

— Привет, моя любимая девушка. Куда так спешишь?

— Мне нужно найти Лирея, — честно ответила я и вздохнула.

Что ж, пора сделать выбор. Если я признаюсь Лирею, при этом буду связана отношениями с Эрмесом, то не прощу себя за двуличие. Нужно сделать выбор.

Либо жизнь с любимым, либо никак.

И я выбрала первый вариант.

— Эрмес…

— Лирея? — будто не слыша меня, спросил Эрмес, и его голос звучал как клинок, разрезающий воздух. — Опять его? Эльена, когда ты уже забудешь этого дракона и обратишь внимание на меня?

Увы, но этому не бывать. И я корила себя за слепоту в отношении и своих чувств, и чувств Лирея, сейчас же я готова сделать окончательный выбор, так как прозрела. И больше не намерена терзать ни себя, ни дракона, ни лучшего друга. Возможно, последнего я потеряю, но приобрету нечто большее — себя. Я перестану прятаться в коконе, теперь я хочу видеть чувства и эмоции окружающих, различать их оттенки, понимать истинное отношение.

— Прости, Эрмес, но у нас ничего не выйдет. Я виновата перед тобой. Очень виновата. Не стоило давать тебе надежду, — я опустила голову, вздохнув. Эрмес молчал, и с каждым моим словом его лицо краснело, то ли от смущения, то ли от возмущения. — Просто я сама не осознавала своих чувств…