Глаз пытается зацепиться хоть за какие-то ориентиры, но выцепляет только полностью сожжённые деревья или лопнувшие, а то и оплавившиеся камни.

Раз за разом взгляд возвращается к жёстким и чётким обводам брони, на которой мы едем вместе с директором. Вовне смотреть местами больно, а тут хоть что-то знакомое. Но, положа руку на сердце, вокруг очень интересно. В таком месте я никогда не был, и ощущения впитываю буквально всем телом.

Как только мы выезжаем из-под агрессивного огненного пресса, Генрих Олегович сворачивает свою магию. Становится намного проще осознавать место, где мы находимся. Плотность магии здесь не маленькая — и это, скорее всего, уже характеристика пространства вокруг нас. Очень похоже на знакомое чувство электроподстанции, только без очевидного источника.

Едем не так долго. Мне кажется, что не проходит даже пяти минут, как метрах в ста от нас, из клубов дыма и тумана проступают жёсткие очертания технологичной стены. На ней вспыхивают прожекторы, и почти сразу же лучи сходятся на броне. Лампы словно указывают нам, куда именно нужно ехать. Ровный электрический свет концентрируется на дороге. Это помогает — отчетливо видно направление вездехода. Картинка впереди тоже становится четче и понятнее. Значит, в прожекторах есть определённый смысл.

С другой стороны, если это Очаг прорыва, как я и предполагаю, то нападения тут наверняка поджидают чуть ли не каждое мгновение.

— Почти прибыли, — доносится до нас по громкоговорителю.

— Вижу — вижу, — кивает директор, с интересом разглядывая постепенно нависающую над нами огромную стену. Чем ближе мы подъезжаем — тем она больше и масштабнее.

— Воздержитесь от резких движений и действий, — звучит новая команда из вездехода.

— Хорошо. Принято, — подтверждает Генрих Олегович.

Боец спокойно общается из вездехода, но не делает ни малейшей попытки узнать имена, или определить нас другим образом. Он просто везет нас в форт.

— Как слышно? — уточняет голос из громкоговорителя.

— Без проблем, — повторяет директор. — Мы всё прекрасно понимаем.

— Рад за вас, — звучит ответ, а громкоговоритель выключается сочным щелчком.

Подъезжаем вплотную к дверям форта. Они размером ненамного больше, чем сам вездеход, на котором мы едем. Как раз с учётом защиты директора пройдём по самому краешку. Дверь раскрывается сегментами — видимо, это устроено для того, чтобы при нападении можно было быстро её захлопнуть. Что, собственно, и происходит. Перед нами образуется ярко освещённый огромный зев коридора. Вездеход неторопливо сбрасывает скорость.

Не мешкая, въезжаем в получившийся туннель. Двери за нашими спинами тут же захлопываются практически бесшумным шелестом. Нас отсекает от любого внешнего проявления.