Иду раздражённый, матеря себя за покладистость, вслед за китаянкой и вскоре вижу краешек моря… или океана. Оно не голубое, как у нас, а золотисто-жёлтое! Красота неописуемая, аж дух захватывает! Торопливо снимаю видео океана и местных. Кто-то из них купается, кто-то расположился на лежаках, прямо как на земных курортах, а вот кто-то собирается драться. Как, например, мой торговец Шушра.
«Шушра тут⁈» — мозг отвлёкся от красивого зрелища внеземной водной глади и осознал, что вон та парочка неписей метрах в ста от нас сейчас будет резать друг друга каким-то изощрённо изогнутым холодняком. Да и фиг бы с ними — режьте на здоровье! Но один из парочки — мой торговец Шушра!
Глава 27
— … таким образом, примирение невозможно, и да свершится то, что должно быть! — с пафосом заканчивал фразу невысокий (что редкость среди местных) дедок. Очевидно, это рефери или судья поединка.
А резать парочка друг друга будет наверняка. Такой ненависти в глазах и представить трудно! Видел я один раз в жизни такой взгляд — у бати, когда тот смотрел на кочку на дороге, из-за которой разбил бутылку водки. Это было на него совсем не похоже. Водка была подарена, а халявный алкоголь отец никогда не проливал.
— Я не понял! Что тут за бардак⁈ Вы очумели⁈ — с вызовом произнес я.
— Тихо! Посмотри на уровни, — шепнула Верба. — Мы тут никто!
Уровень соперника Шушры — 206, что означает ноль шансов на победу для моего торгаша, едва-едва взявшего сотню. И правда… чего это я такой грозный? Я обычный гость, нифига тут не граф, да и спецслужбы меня не облизывают, оберегая от напастей.
«Я тут никто». Почему-то этот факт разозлил меня неимоверно! А может вино виновато? Извечное русское «пох@й» проснулось во мне и встало во весь рост. «Тем более, я не погибну окончательно», — где-то подзуживала меня в глубине башки ехидная мыслишка. Не моя. Это другие гены. Может, татарские… или вообще еврейские, по прадеду.
— Я что, непонятно спросил? Что за поединок накануне такого торжественного события?
— Хоть тебя это и не касается, чужак, но я отвечу, — обернулся ко мне мускулистый соперник Шушры в алой короткой броне и с мечом в мой рост в руках. — Этот пернатый женится на той, которая предназначена мне!
— Пернатый? — не понял оскорбления я. — Да мне похрен, что ты там для себя решил. Я приехал на свадьбу! Хочу нажраться в драбадан, отодрать какую-нибудь гвианку и, конечно, подраться. Но последний пункт можно сделать первым. Ты кто? Дичь мохнатая? Страус, что ли?
Видимо, сравнение с птицами для гвианцев неприемлемо, так как мускулистый, бросив подготовку к поединку с Шушрой, кинулся на меня!