Красиво… - голос Маши стих, мы обе представляли место, которое она описывала и много раз видела, а я только понаслышке. Посмотрим, насколько моя фантазия совпадёт с тем, что Маша расписала. Не преувеличила ли? - Папа бы ещё отпустил. - Господи, - Маша сразу привстала, смотря мне в глаза в полутьме. – Тебе девятнадцать лет! И мне тоже! А мы ещё даже нормально не целованные. Ты так вообще! Тебе надо с Егором сойтись, он из нормальной семьи, спортсмен, милый и который год тебя забыть не может. Как увидит тебя такую, так вообще обомлеет. - Да ладно! – смущает тоже. Больно уж красавица, самая обычная… Вот Маша красавица, как ангел настоящий – светло-русый волос, глаза кошачьи, зелено-синие, постоянно меняются. Улыбка как у Джоли, и носик вздёрнутый, такой миленький. Машуля у меня прелесть… И искренняя, что мне очень нравится. Не хочу, чтобы это в нас терялось. - Только не надевай свои сарафаны, всё-таки вечерний выход. Он требует особого дресс-кода. - Мой гардероб не трогать. Как я оденусь, так и пойду. - Ну, Е-ева… - Нет! Мой вкус – это мой стиль самовыражения. Ни за что не дам его корректировать. Точка! - Ммм… Вот лучше бы такой упрямой была в другом. Во встречах с парнями, например. Пойду гулять, пойду искать себе самца, точка! - Фу! - Что фу-то! Мы такие прекрасные, - Маруся упала на подушку, раскинув руки по сторонам. – И такие не инициативные… Может из-за этого мы никому не нравимся? - Ты же нравишься парням! - Тем, которые мне не нравятся. Это не считается. - Ого! Здорово ты, - мне даже стало смешно. - Это очень страшно, когда ты кому-то нравишься, а этот кто-то тебе нет. Или кто-то нравится тебе, а ты ему безразлична… - Эй, - я подтолкнула плечом мою Марусю. – У нас будут те, кому мы будем нравиться, и те, кто будет нравиться нам! - Аминь! На этом мы как-то синхронно отключились, предавшись сладкому сну после насыщенного дня уборки. 4. Демид. Как же я за эти два дня задолбался. Поправить крыло и капот оказалось той ещё ювелирной работой. Немецкие машины требует особого внимания, так просто их не закрасишь из баллончика. Отрихтовал, карбоном прошёлся, отшлифовал, зашпаклевал… Нет, надо дать мозгам отдохнуть. Я сегодня как никак праздную свободу. Последняя тачка пригнана, теперь буду заниматься своим делом, без начальства над головой. И так многое отдал, рискуя собственной жизнью по малолетству, больше не хочу ввязываться в этот криминал, пора работать чисто. Ну и что, что руки запачканы? У кого они беленькие? Ещё Альберт расщедрился, справедливый мужик.