Глубина пятьдесят метров, ниже была отмечена красная зона. Рядом стояли манометры давления воды или чего-то там ещё.

— Манометры мы обслуживаем по инструкции до сих пор, — заявил стармех. — Причём всё. Даже проводим испытания, должны работать.

— А есть смысл? — спросил Марк. — Зачем нам манометр глубины?

— Потому что часть чертежей утеряна, — стармех постучал по железному шкафчику на стене, где хранились копии документации ригги. — И откуда мы знаем, вдруг неисправный манометр глубины влияет на что-то ещё? У Риггера же всё взаимосвязано, он ничего не делал просто так.

Я сел у задней стены кабины, где был небольшой откидной столик, чтобы можно было делать записи. Марк сел на место первого пилота, полистал бортовой журнал, сделал записи, а потом достал белый платок и провёл им по пульту.

На ткани остался чёрный след. Марк покачал головой.

— Времени нет, а то бы я не принял, — сказал он. — В ригге должна быть такая чистота, чтобы можно было с этого пульта есть.

Механик смущённо откашлялся. Марк убрал платок.

— А как вас зовут? — спросил он. — А то я до сих пор не знаю вашего имени. И в журнале записано только ваше звание.

— Марк, я тоже Марк, — сказал стармех с улыбкой. — Мы тёзки.

— Хм, — Марк задумался. — Тогда я буду звать вас стармех, чтобы нас никто не спутал.

Из моей свиты со мной отправился только мой телохранитель-радист Сергей, потому что штатный радист Исполина сломал себе ногу, когда неосторожно спустился. Второго пилота и канонира я не знал, это молодые парни возраста Яна.

У светловолосого второго пилота тряслись руки от волнения. Это его первый серьёзный поход на Исполине, до этого он был вторым пилотом Паладина. Прежний второй пилот, который был на месте первого до того, как сюда назначили Марка, недавно умер. Ему было семьдесят.

Нервозность у молодого экипажа быстро ушла. Спокойный, как всегда, Марк будто успокаивал всех одним своим присутствием.

— Ну что, ребята, — сказал он. — Мы в одном экипаже, значит, мы как семья. Даже лучше, чем семья. А этот Исполин — наш дом. Так что давайте-ка заведём эту малышку и отправимся на дело.

Двигатели запустились очень плавно, я почти не чувствовал вибрации и не слышал их шума. Марк просунул руки в механические рукава на подлокотниках, как на Небожителе, только без перчатки, и нажал на педали.

Шагоход двинулся по толстому льду озеру. Я направил оптику вниз, но лёд был крепкий, не трескался. Не знаю, на сколько метров он промёрз, но огромный Исполин держался на нём без проблем.

Но пройдя десяток шагов, мы остановились.

— Стармех, пройдите в кабину, — приказал Марк и повернулся ко мне. — Рома, чувствуешь? С ходом что-то не то.