— Генерал, — произнёс слабым голосом. На губах пузырилась кровь. — Они идут… с кораблей… ещё прилетят… Уже скоро.
— Понял, — сказал я. — Спасибо за донесение. Теперь держись, нам пилоты нужны.
— Там корабли, — он сжал зубы. — С палубой… со взлётной палубой. Они готовятся.
Я отошёл, чтобы не мешать медикам. Парню досталось крепко, несколько пулевых, даже не знаю, выживет или нет. Но он сказал важную вещь про корабли, с которых могли взлетать крылолёты. Утром они нам устроят.
Я посмотрел на море. Наверняка корабли держатся как можно дальше от берега, чтобы не задели береговые орудия. Прямо сейчас туда смотрели радары, но всё равно корабли слишком далеко.
Кажется, битва будет пожестчё, чем во время осады Мардаграда.
Амулет на шее дёрнулся. Стекло нагрелось, и даже цепочка теперь обжигала мне шею.
Я снял амулет и приподнял к своему лицу. Свет свечи внутри стал ярче. Даже выступающие из-под моих рукавов татуировки цепей нагрелись и светились. Хоть никто этого не видел, но кто-то из охраны засмотрелся на амулет.
— Нет уж, — шёпотом сказал я, отворачиваясь от них. — Небожители против боевого флота бесполезны. Даже такие, как ты, дух.
И сам глянул на памятник разорванному кораблю. Нет, не совсем бесполезны, но тот корабль нагло подошёл к берегу. Эти вряд ли подойдут ближе, чем километров на пятьдесят, откуда я их даже не увижу.
Да у меня нет такой силы, чтобы поднимать корабли из воды на расстоянии, как делал Таргин Великий.
Но амулет показал кое-что другое. Совсем другое, что может помочь.
— А я смогу так сделать? — спросил я. — Я же могу только кидать огонь. И то он красный, а не обычный.
Свеча под стеклом разгорелась ярче. Настолько, что слепила глаза.
Кажется, это ответ «да».
— Ну давай проверим, что получится, — я снова надел цепочку на шею. — Если ты не врёшь.
Глава 12
Катерина Громова не раз намекала, что понимает, о чём говорят духи предков в своих свечах. Её прапрадед, как рассказывали старые легенды, тоже мог говорить с ними.
Сейчас я не слышал слова духа из амулета, но как-то понимал, что он хочет помочь, и что для этого нужно сделать. Будто его мысли крутились у меня в голове, если говорить совсем грубо.
Я прошёл мимо оборонительных башен с пушками, по холодному песку пляжа. Море сейчас почти успокоилось, только слабые волны выплёскивались на берег. Я встал на самый краешек, куда доставала вода, и волна залила мне сапоги.
Однажды я и мой брат, ещё в детстве, на спор поплавали в этом море в это же время года, когда отец взял нас в поездку по делам. Потом Кир пару недель лежал в постели с больным горлом, а я всё это время находился рядом с ним с нывшей от ремня задницей. Отец такое купание не оценил.