Он оказался прав. Две недели без выходных их гоняли по лесу, ведь «раз вас не устраивают полосы препятствий, учитесь на реальной местности». За это время Альбина возненавидела свою винтовку.

И этот лес.

И эти учебные тревоги. Которые устраивали обязательно в то время, что отводилось им на отдых.

А особенно она возненавидела инструктора. Остальные девочки строили ему глазки, томно вздыхая по ночам, а она искренне считала, что этот человек наслаждается их страданиями. Иначе было непонятно, почему он их ничему не учил, а только гонял по лесу. В школе за все два года так над ними не издевались никогда. Уж лучше час полосы, чем весь день в лесу!

Очередная тревога случилась среди ночи. Прошлая такая продлилась всего полчаса. Инструктор замерил время, за которое они экипировались, после чего отпустил досыпать. Опоздали те, кто одевал нательное под тактический костюм, потому на эту тревогу она решила время не тратить, а залезть прямо в том, в чём спала. То есть, в одних трусах.

Кто ж знал, что на этот раз тревога самая настоящая!

Когда её захватил в плен непонятный парень, она даже не испугалась. Или нет, она испугалась, но совсем не того, что её убьют. Хотя нет, смерти она тоже боялась, но не так сильно. Сильно она боялась того, что из-за её смерти расстроится мама.

Потом её вдруг одолела картина, что она умирает в неприглядном виде, и все смеются над этим. Всё же, хоть и не очень верилось в посулы руководства школы, совершить подвиг и она была не против. Только какой подвиг в одних белых трусиках?

Потому сначала она очень злилась на своего пленителя. Потом успокоилась, решив, что если бы хотел убить — давно бы убил. Профессионалы не убивают просто так. А то, что это был профессионал, говорило хотя бы то, что на нём был немецкий тактик спецподразделений. Такие в русском магазине не купишь.

Но тут неизвестный снова её испугал, неожиданно показав своё лицо, раньше закрытое маской и шлемом. Она вообразила, что раз видела, как он выглядит, то теперь её точно не оставят в живых.

Расслабилась, попрощалась с жизнью, закрыла глаза, решив, что просто примет то, что уготовано. В свою привлекательность она не очень верила, так что даже не пыталась соблазнить этого загадочного врага.

Чем там соблазнять-то? Немытыми волосами, которые уже засалились за час беготни в неудобном и тяжёлом шлеме? В местной казарме даже в женском отделении не было нормальной ванны, только единственный душ, в который надо было ждать очередь. Восемь девушек, моясь по одному, занимали бы его на всю ночь, так что приходилось торопиться и мыться по двое или по трое.