Что сказала сквозь злые слёзы Лиза, Мила не услышала, платье сильно заглушало голос. Но Ева была ближе, и явно поняла.

— Не переживай, я дам тебе команду. — Уверено заявила она. — Пока что береги силы.

С самой Милы уже стягивали трусики, оставляя её совсем обнажённой. Если не считать болтающегося лифчика на шее, да брюк, застрявших на пристёгнутой ноге.

Но она решила не обращать на это внимания, ещё раз мысленно попросив прощения у своего любимого. Её тело видело столько мужчин, что одним больше, одним меньше. Тем более что она совсем не стеснялась своего тела. Тут важнее не сбить у себя концентрацию.

Последний щуп полностью подавил всё стремление к насилию у мужчины, а если же он только попытается расстегнуть свои штаны, она сделает его импотентом.

Уж эту формацию она выучила и отточила очень давно. Некоторые бояре почему-то считали, что её «нет» означает «да», если применить силу или настойчивость. Их вводило в заблуждение её одежда и отношение к сексу.

Они не понимали, что она всего лишь изучала неизвестную ей популяцию под названием «мужское население». Изучала, набирала статистику. Если попадался экземпляр, тип которого она уже проверяла, то постель с таким ей была не интересна, и она легко отказывала. Особенно быстро ей наскучили однообразные тупые военные.

Далеко не все спокойно принимали отказ. Но после недельки импотенции, меняли своё мнение на противоположное. И вспоминали, что значит термин «старшая семья». Конечно, не все в старших семьях менталисты, но ведь нужно понимать, что если принудитьлюбую девушку, вряд ли она оставит такое безнаказанным. Не сможет сама, найдёт кто сделает это. За любой аристократкой стоит кто-то, кто защитит её честь.

В этот момент охранник добился своего, растянув ноги Лизы. Он отпустил ногу девушки, после чего рывком разодрал её трусики. У Лизы от такого варварства проступила кровавая полоса на одной из ног, а сама она глухо вскрикнула под платьем.

— Пока рано. — Азартно прокомментировала Ева. — Затаись, как кобра перед броском.

Девочка что-то уж совсем тихое пробурчала, после чего начала привставать, опираясь на одну руку.

Охранник, по-хозяйски хлопнув ладонью девушке между ног, отпрянул, встал и начал спускать штаны. Только он собрался встать на колени, как раздался крик Евы:

— Баронесска, давай! — И обе сестрички ринулись в сторону Лизы, максимально натягивая цепи.

Но попытка сопротивления не удалась. Елизавета из-за неудобной позы потеряла внезапность и напор, толчок толком не получился. Мужик покачнулся и только. Скинув с головы подол, баронесска увидела это, завизжала и вцепилась в лицо насильника.