Франта я узнал сразу — тот стоял с внешней стороны стойки, облокотившись на лакированное дерево.

— Нильям? — поднял бровь торговец.

— Я. Добрый день.

— Артем звонил, говорил, что ты придешь. Я думал, ты хотя бы что-то принесешь на продажу.

— Я и принес.

— В этом, что ли? — кивнул он на браслет и ухмыльнулся.

— Предпочитаете мешки?

— Предпочитаю большой объем, на который не стыдно потратить время, — похолодел голос Франта.

Мне, честно говоря, было плевать, что он предпочитает, но я ухмыльнулся и новым взглядом осмотрел помещение. Посмотрел вверх, пробежался взглядом по высокому потолку, по люстрам. Снова осмотрел дорогой паркет.

Припомнилась история. Когда-то, еще до прихода системы, Серега работал на стройке. Домой возвращался на автобусе, грязный настолько, насколько только может быть человек, двенадцать часов кидавший лопатой в бетономешалку песок и цемент, и часто даже не присаживался, чтобы не пачкать сидения. Один раз нарвался на парочку армян, которые улыбались, глядя на грязного подростка, кивали ему и весело балакали на своем, едва не тыча пальцами в Серегу. Хотя в кармане тогда хватало мелочи, Серега тогда вынул пятитысячную — часть платы за отработанную неделю и под увядшими улыбками иностранных граждан вручил купюру тетке-кондуктору.

Сейчас ситуация иная, но момент для понтов еще более подходящий.

— Я тоже люблю продавать за раз и много, — хмыкнул я и попятился, пока не уперся в стену. Выставил перед собой руку, сосредоточился, мысленно прикидывая, как лучше поставить летающую машину, и…

И машина рухнула сверху, ломая колесами два дивана. Рядом со мной грохнулась третья стойка шасси, четвертая же упала на жалобно затрещавший паркет.

По груди растекся легкий холодок. Запас энергии еще оставался, можно будет достать что-нибудь как из браслета, так и из убежища, но тогда уже под вопросом, смогу ли вернуться туда сам.

Когда в реальности появилась машина, девушка даже бровью не повела.

А вот Франт удивился. Я рассчитывал на маты или хотя бы ругательства, сверкание глазами и шипение «ты заплатиш-шь», но мужчина присвистнул, подошел к ближайшему шасси и с легкостью обезьяны и изяществом франта вскарабкался наверх. Костюмчик запачкать он явно не боялся.

Я последовал за торговцем.

— Это кабина? Хороша машинка… Летает?

— Да. Пока нет. Простояла черт знает сколько в осколке, и…

— Расслабься, механики разберутся. На чем летает?

На разговор о машине ушли следующие пятнадцать минут. Закончился он ожидаемо:

— Я пока не знаю, сколько тебе предложить, Нильям. Могу дать три миллиона сразу — это минималка. А могу предложить нормальную цену, если ее починят. Тогда, скажем, десять смогу дать.