— Мой господин, — произнесла Аиша с едва уловимым акцентом.

Было слышно, что ей нелегко говорить по-русски. Видимо, сказывалось отсутствие практики.

— Ты посвящена в ислам? — спросил я.

— Да, мой господин, — склонила голову она.

— Ты знаешь, что на территории Российской Империи запрещено многоженство?

— Да, мой господин.

— И гарема у меня нет и быть не может.

— Да, мой господин.

— Тогда кем ты себя видишь в моей жизни? — задал я вопрос, на который у меня самого не было ответа.

Если ее незаконно вывезли из страны, а после насильно обратили в другую религию, это не имеет значения. Она подданная Российской Империи, и у меня на Аишу не больше прав, чем у любого другого в нашей стране.

— Если я не устраиваю господина, он может избавиться от меня каким угодно способом, — едва слышно ответила девушка, склонив голову. — Я знаю, что делают с неугодными женщинами из гарема, мой господин.

Тяжело вздохнув, я сел в кресло и указал ей на соседнее.

— Я не стану от тебя избавляться. Ты больше не в гареме принца Акрама. И вообще не в гареме. Как тебя звали до того, как ты приняла ислам? — спросил я, чувствуя, что обзавелся головной болью.

И ведь красива, этого не отнять. Около двадцати лет на вид. Восточный типаж лица с явной примесью славянской крови. Ровный загар по всему телу — не слишком сильный, но такой, чтобы производить правильное впечатление.

Густые черные волосы спускаются до поясницы. Аиша в меру подтянута, но при этом сохраняется мягкость фигуры, она не производит впечатления спортсменки. Каждое движение плавное и женственное.

Честно говоря, если бы не практика с Анной, я бы, наверное, сейчас о другом думал. Таких женщин хочется нежить и не выпускать из своей постели. Понимаю, почему она была жемчужиной гарема.

— Айшет, господин, — вновь поклонившись, произнесла девушка. — Меня звали Айшет Наджарова, я родилась в Казани, но росла в небольшой деревеньке неподалеку. Это все, что я знаю о своем прошлом. Простите, если я вас разочаровала, господин.

Спрашивать, что случилось с ее родными, я не стал.

— Вот что будет дальше, Айшет, — приняв решение, я поднялся на ноги, и девушка тоже подскочила. — Я подам запрос в несколько ведомств. Они найдут твои документы, восстановят тебя в правах. И ты получишь свободу. Я не буду держать тебя в своем особняке, когда знаю, что ты не рабыня и не можешь ей быть. Мы с тобой оба подданные Российской Империи. Я должен тебя отпустить. До тех пор ты будешь гостьей в моем доме.

Глаза Айшет раскрылись шире, она рухнула на колени, едва не хватая меня за ноги.