На лице Егора Никифоровича не дрогнул ни один мускул. А вот глаза радостно загорелись. Кажется, Александрова так и не смогла заслужить уважения моего управляющего.

— К одиннадцати часам утра все вещи Екатерины Вячеславовны должны быть вывезены с территории моего особняка. Как и сама Екатерина Вячеславовна, — произнес я.

Несмотря на то, что ее ко мне приставил императорский род, свою полезность в качестве помощника Екатерина Вячеславовна исчерпала. Водителем мне может быть кто угодно, а сообщения передавать я могу и через других людей. В конце концов, взять к себе Александрову было жестом доброй воли с моей стороны.

— Как пожелаете, Иван Владимирович, — кивнул управляющий. — Что-нибудь еще?

— Да, Егор Никифорович, — подтвердил я. — Свяжитесь с миграционной службой, выясните, на какой стадии находится дело Айшет Наджаровой. И сообщите мне. Если документы уже можно оформить — распорядитесь, чтобы она их получила в кратчайшие сроки. Также свяжитесь с императорской канцелярией, уточните, как правильно поступить в этой ситуации.

— Стоит ли найти ей жилье, Иван Владимирович? — задал вопрос управляющий.

— До выяснения ее официального статуса, как подданной Российской Империи? Нет.

Я прекрасно понимал полезность жемчужины гарема. А также не забыл о том, что, по ее словам, ей не выжить в реальном мире. Но подарок принца оказался с сюрпризом, и я в любом случае не мог всерьез рассчитывать, что мне ее оставят. Все-таки она подданная моей же страны, рабства у нас нет. А с ее талантами она легко найдет подход к любому благородному роду.

Как ни парадоксально, но ее помощь в усмирении моей собственной магии привела к тому, что я трезво смотрю на вещи. И несмотря на то, что я сам предложил ей статус гостьи, интриги за своей спиной терпеть я был не намерен.

— Все будет исполнено, Иван Владимирович, — поклонился Егор Никифорович. — И позвольте сказать вам спасибо.

— За что? — вскинул бровь я.

— За наведение порядка. Есть вопросы, в которые не может вмешиваться прислуга без воли нанимателя, — пояснил он. — Вы, как благородный человек, этого можете не замечать, однако атмосфера в особняке изменилась.

— Пора вернуть ее к привычной, — кивнул я. — На этом все, Егор Никифорович. И на будущее — если появится вопрос, который могу решить только я, но вы по какой-то причине не можете мне о нем доложить, все равно говорите. Я не слежу за всем, что происходит в этом доме, однако знать я обязан. И вы, как управляющий, обязаны мне докладывать о подобных вещах. На этом все.

Он вновь склонил голову.

— Спокойной ночи, Иван Владимирович.