— Что там по поводу подарка для Завьяловой? — перевел тему государь.

— Следствие ведет за границу, ваше императорское величество, — ответил подчиненный. — Предварительно — Балканы. Но вы же сами знаете, через эту бандитскую вольницу кто только не таскается и чего только не перевозит.

— Найдите тех, кто это сделал, — распорядился император, сжимая кулаки. — Имена тех, кто пропустил эту дрянь в Российскую Империю, уже известны?

— Все арестованы, пока что под следствием, — подтвердил секретарь.

— Допросить, судить, выбросить на улицу без пенсий и с лишением всех наград и званий. Устроили, мать вашу, вольницу.

— Будет исполнено, ваше императорское величество.

— Еще что-нибудь?

— Дальше текущие задачи, — произнес секретарь. — Через полчаса у вас встреча с представителями крупного бизнеса.

* * *

Москва, особняк дворянского рода Моровых. Иван Владимирович Моров .

— Вы неважно выглядите, Иван Владимирович, — заметила Наталья, помогая мне раздеться.

— Чувствую себя примерно так же, — ответил я, не сопротивляясь.

Пять узлов в этом мире — это серьезно. Но когда приходится работать почти двенадцать часов, составляя ритуал, даже они не гарантируют, что ты не устанешь. К тому же я выложился на лечении Евгении Андреевны и так и не успел до конца восстановиться.

Чтобы заменить кровью все ингредиенты, пришлось выстраивать крайне сложную систему. Повторить ее вряд ли у кого-нибудь в этом мире получилось бы. Требовалась точность, аккуратность и огромное количество крови.

Коэффициент поглощения из-за единственного ресурса вместо нужных вышел просто чудовищным. Но что такое несколько литров крови, когда вопрос в излечении сотен?

Госпиталь, как и кладбище — место скопления магии смерти. Слишком многие здесь находят свой последний миг. И без соответствующей чистки со временем некромант сможет черпать магию в окрестностях горстями. Даже то, что я выдал артефакты и передал их технологию — не помогало, морг-то стоял отдельно от корпусов с живыми пациентами.

На то, чтобы запустить целительные печати, восстанавливающие все возможные повреждения, мне потребовалось не только выбрать витающий в воздухе фон, но и опустошить собственные защитные чары внутри тела.

Поездку к Герасимовым пришлось отменить, но зато домой я вернулся, чувствуя не только тотальное опустошение, но и удовлетворение от проделанной работы. Что ни говори, а заниматься подобными вещами куда приятнее, чем применять чары для убийства очередного идиота.

Наталья закончила с моей одеждой, и я направился в ванную. Вопреки привычке принимать душ, сегодня меня ждала горячая ванна. Забравшись в нее, я откинулся головой на бортик и закрыл глаза.