Руперт просто обожал устраивать геморрой, и они это знали. Но знали и то, что сделать меня они точно не смогут. Увольнение выглядело бы как неплохой выход…

— Григорий, позаботься о моём отце, — Памела как всегда была наивна.

— Не волнуйся, — ответил я с ухмылкой, — я о нём позабочусь как надо.

* * *

Прошло минут тридцать, пока я скучал в холле отеля, и вот, наконец, появляется Руперт.

— Слушай, парниша, — начал он, прямо как мудрый старец из фильма, — я с тобой откровенен. Памела точно не для тебя. Так что будь умным и держись подальше.

— Ты снова угрожаешь? И чем на этот раз? — ухмыльнулся я, зная, что этот старик не сможет меня пронять.

— Хм! — фыркнул он, явно не в настроении продолжать. Но потом добавил:

— Сколько тебе нужно, чтобы ты оставил Памелу в покое?

Я уставился на Руперта, словно он только что вылез из дешёвой мыльной оперы.

— У тебя что, мозги в заднице?

— Ты за это заплатишь, — процедил он сквозь зубы, пытаясь казаться грозным.

— Да ну, посмотрим, — я не сводил с него глаз, наслаждаясь своим превосходством. Пахло страхом, который Руперт явно старался спрятать.

— И что теперь, будем тут сидеть? Они скоро вернутся, — его голос дрожал, как у ребенка перед первой контрольной.

— Ну, пойдём тогда, чего уж, — я развёл руками. Руперт, я и трое его телохранителей покинули место.

— Куда мы едем? — он сел в мою машину, пытаясь выглядеть хладнокровно, но не справился.

— Да просто оглянись вокруг, — я уклонился от ответа. Пусть помучается.

— Ты же сказал, что будет весело, — он уже начинал ныть, и я понял, что поездка скоро станет интересной.

— Сколько тебе лет, малыш? — ухмыльнулся я, бросив взгляд в зеркало заднего вида. — У тебя вообще есть силы на что-то весёлое? Расслабься и наслаждайся видом.

— Я не старый! Мне всего 50! — оправдывался он, но я знал, что ему это уже не поможет.

* * *

— Мам, ты точно уверена, что они не подерутся? — спросила Памела, переминаясь с ноги на ногу в магазине. Мама с улыбкой примеряла туфлю, не обращая внимания на тревогу дочери.

— Конечно нет. Если вы поженитесь, никакого конфликта быть не может. Он же идеален, — отрезала она, как будто это было прописано где-то в законе.

— Я ещё не решила выходить за него, — Памела покраснела и нервно теребила подол. — Мы встречаемся меньше месяца.

— Ах, деточка, твои глаза говорят всё. Я видела таких, как ты. Ты на крючке, — мама говорила с таким авторитетом, как будто знала ответ на все вопросы. — Григорий такой, — продолжала она. — Он заставляет тебя чувствовать себя зависимой. И даже не понимает, что делает это. Пока ты любишь его, я позабочусь о тебе, — отмахнулась мама, словно это был пустяк.