— Жадность! — хмыкнул я. — Барбазьяны безумно жадны и завистливы. Поэтому их легко соблазнить на обмен, на вещи, которые им действительно нужны или нравятся. Но на честную сделку рассчитывать нельзя. Они обязательно попытаются убить и ограбить участников сделки с противоположной стороны. И даже если удастся успешно произвести обмен, то они будут долго преследовать того, кто рискнул пойти с ними на сделку. За скалозубами они гнались целую неделю. Но тот же Винни Пух обладает довольно сильной магией, по крайней мере, среди той группы барбазьянов, с которыми они совершили сделку, не было никого даже близко равных ему по магическому потенциалу. Поэтому они сумели запутать преследователей и уйти от погони.

— А каковы наши шансы уйти от подобной погони? — поинтересовался Демид.

— Почти никаких, — честно ответил я. — Нам нужна довольно крупная партия наркотиков, чтобы риск был оправдан. Значит, со стороны барбазьянов при обмене, будут задействованы крупные силы, среди которых наверняка будут сильные маги. Не чета нашим, но достаточно сильные, для того чтобы выследить такой большой отряд, как наш. Быстро двигаться мы не сможем, и они нас обязательно догонят. Наш шанс только в том, что мы будем двигаться достаточно быстро, чтобы они не догнали нас все сразу. Будем убегать, огрызаться, уничтожая группы, которые нас догонят, и так до самого Провала.

— Но мы всё же сможем добраться до Провала?

— Наверное. Но не меньше половины отряда погибнет во время отражения атак.

Все надолго замолчали, обдумывая услышанное.

— О чём идёт речь? Насколько велика, может быть добыча, ради которой мы рискуем? — поинтересовался Мигель.

Демид вопросительно посмотрел на меня.

— Думаю, можно рассчитывать на десять килограммов шёпота Морфея и килограмм слёз Нефертити, — подумав, озвучил я цифры.

— То есть навскидку, порядка двадцати миллионов долларов! — резюмировала Ева.

— Стоит ли потеря половины отряда, этих денег? — неуверенно произнёс Мигель.

— Может, и не стоит, — подтвердил Демид. — Но дело же не в двадцати миллионах баксов. Если мы сумеем организовать устойчивый канал поставки веществ, то пара лет работы и мы свободны, как птицы. Надо думать о будущем. Не можем же мы вечно таскаться в эти проклятые земли. Мы рискуем в каждом рейде. А везение не бесконечно. Рано или поздно оно кончается. Весь фокус в том, чтобы соскочить до того, как оно кончится.

— Вам решать, — заявил я. — Подводные камни и все нюансы я вам обрисовал.

Принятие решения не заняло много времени, вся верхушка Команды понимала, что по большому счёту выбора у них никакого и нет. Это был шанс. А что касается риска. Эти люди привыкли убивать и рисковать своими жизнями. И не только своими, но и чужими.