Машина остановилась, не доехав до переезда каких-то десяти метров. Пулемёт в кузове замолчал, видно, закончилась лента, и мы дружно, охватывая машину с двух сторон, добежали до неё. Из кабины нам навстречу, зажимая марлевым тампоном окровавленную ладонь, вывалился «Белка», и Клаус остался с ним.
В грузовик мы с' Сержем', встав на подножки кабины с обеих сторон, заскочили одновременно. Я спрыгнул с высокого борта и сразу наступил на труп одного из бойцов. Это был тот самый парень, который выступал утром по поводу «Дочки» с Виталиком. Словил он три пули, две в живот и одну чуть выше диафрагмы, и умер сразу от болевого шока. Второй был убит пулей в лицо, затылка почти не было, а несколько ранцев были залиты кровью.
Двое оставшихся были в полнейшем шоке, судорожно пытаясь перезарядить пулемёт, истерически матерясь и абсолютно не замечая нас. Поэтому «Серж», заскочив в кузов, дал пулемётчику смачного пинка, от которого того бросило вбок на мешок с песком. Только после этого эти горе-вояки увидели нас. Машину мы выгрузили моментально, нам и надо было забрать только свои ранцы и запасное оружие, которые мы оставляли в машине, ну и гранату под пулемёт засунули. Уже через десяток минут мы, набившись в бронетранспортёр как сельди в бочку, тряслись по дороге.
Маршрут отхода мной был проработан заранее, так что ушли мы достаточно далеко, и пройти по этой дороге нам оставалось всего ничего, вот только немцы нам этого не позволили. Хорошо, что второй пулемёт мы успели поставить сзади на поворотное крепление, а не просто в спешке бросили к себе под ноги или свалили кому-нибудь на колени, даже ленту успели заправить.
Стрелять «Серж» стал, как только грузовик с преследователями приблизился метров на триста. Короткая очередь стеганула по кабине, грузовик вильнул, валясь в кювет, и из-за него вырвались вперёд два мотоцикла, впрочем, ненадолго. Следующая очередь смахнула их с дороги, и они как кегли разлетелись в разные стороны. Длинной очередью «Серж» прошёлся и по мотоциклистам, и по кузову грузовика, и по успевшим выскочить из машины пехотинцам.
Оторвались мы, конечно, ненадолго, было уже светло, а впереди у нас был перекрёсток, на котором, к нашему счастью, никого пока не было, и мы, проехав ещё километров десять, повернули с основной дороги на пыльный просёлок. Впереди через семь километров у нас была небольшая деревенька, потом ещё одна и дальше на многие километры сплошные леса. То, что нас обнаружат быстро, я ни разу не сомневался — следы гусеничного бронетранспортёра были отчётливо видны на практически девственной просёлочной дороге. Так что главное для нас было как можно быстрее проскочить эти деревеньки до леса.