Обе деревни мы прошли, не задерживаясь, только чуть сбавили скорость, надеясь, что выскочит какой-нибудь местный полицай, но, к сожалению, мои мечты так и остались мечтами. Проехав насквозь вторую деревеньку, мы сразу за околицей упёрлись в поле, по краю которого вилась неприметная полевая дорога, плавно перешедшая через четыре километра в лесную тропу. По этой неширокой дорожке мы, ломая бронетранспортером невысокие ёлочки и берёзки, доехали до небольшого безымянного озера, почти полностью заросшего водной растительностью.

Здесь я сделал короткий привал, распределив груз и немного передохнув. Заодно и искупались в тёплой и прозрачной водичке. После чего, скорректировав маршрут, загнали бронетранспортёр в озеро, закопали пулемёты и побежали. Вот уже вторые сутки бегаем, останавливаясь на короткие привалы, постоянно меняя направление движения и изредка минируя за собой дорожку следов.

Немцев за всё время движения мы не только не видели, но даже не слышали. Просто такой темп движения выдержит далеко не всякий человек, а листовки на переезде мы не оставляли, чтобы не дразнить упырей.

Расслабляться не стоило — тип фугаса они определят сразу же, если обнаружат его, конечно, но и, кроме фугаса, мы наследили сверх всякой меры. Так что я полагаю, что егеря за нами всё же идут, да и к жилью и небольшим дорогам мы выйдем очень скоро. Правда, если за нами идут, мы могли не только придержать погоню, но и вообще оторваться от неё. Сегодня утром мы пересекали неглубокую речушку, бегущую по нескончаемому лесу, и достаточно долго шли по ней местами даже по пояс в воде. Выходили из реки мы хитро. «Рысь» выводил нас по два человека и сразу отводил двойку метров на двести в лес, маскируя следы и присыпая их кайенской смесью. Не знаю, поможет это или нет, но то, что придержит преследователей, это точно.

К вечеру мы добрались до обжитых мест. Сразу после долгого привала я поменял порядок движения. Теперь впереди в качестве передового дозора шел «Рысь», чуть сзади и сбоку я, затем «Серж», а остальная группа, отстав на два десятка метров, кралась за ним. Не скажу, что нам повезло, это было не везение, а профессионализм «Рыси». Немцев он обнаружил раньше, чем они его.

Это были даже не загонщики, а, как потом оказалось, узел связи егерской группы. Чуть позже уже в наступающих сумерках мы с ним засекли секрет, охраняющий хутор и перекрывающий подступы к нему. На самом хуторе было от десяти до пятнадцати человек, точно подсчитать не удалось, но смену секрета мы дождались. Я обошёл бы этот дом, тем более что около хутора было засеянное поле, но, уже оттянувшись в лес, «Рысь» сказал мне: