Одним словом — на мирном тихом бережку илистого бочажка лежала оторванная по локоть ручища громадного боевого робота. Если мерить шагами взрослого человека, от кончиков пальцев до локтя, я насчитал четыре шага с четвертью…
Мы простояли у этой руки минут двадцать, наверное. Дядька Федор задумчиво цыкнул зубом, покосился на меня и спросил:
— Пойдем может супчику грибного похлебаем?
— Это можно — согласился я — Вот черт…
И мы вернулись к огромному дереву, где уже собрались все остальные, дожидаясь, пока девушки закончат с приготовлением пищи. Умалчивать о находке не стали и вскоре вся группа побывала у «находки дня», вернувшись оттуда крайне впечатленными.
Да и вообще у всех накопилось столько различных впечатлений, что до ужина все большей частью молчали, погруженные в раздумья. А вот после сытной пищи, когда нам подали новинку — кисловатый ягодный компот в неограниченном количестве, многие разговорились.
И как это часто бывает, беседы прыгали с одной темы на другую, начиная с мечей и кончая ядерными ракетами. Я предпочитал помалкивать, слушая, как товарищи с азартом обсуждают различные предметы из собранной кучи находок. Наблюдал, как они вертят в руках зачастую абсолютно непонятные штуковины. Чего только стоит металлический шар размером с кулак взрослого человека на восьми паучьих ножках. Вот что это? Ползучая мина? Но шар покрыт трещинами, внутри пусто, свисают какие-то проводки…
Где-то через час слово взял дед Федор, терпеливо дождавшись пока Беляк, не закончит рассуждать о возможном предназначении куска электронной платы с парой уцелевших процессоров покрытых читаемой маркировкой.
— В этом и беда — тихо произнес он — Мы гадаем.
— А что делать-то? — в свою очередь спросил Беляк — Инструкции не прилагается. Поэтому гадаем…
— Что делать? Не гадать, а изучать — улыбнулся старик, трепля прилегшего у его ноги пса — Изучать целенаправленно и постоянно. Беляк, если не секрет, ты до того как сюда «оцифровался»… в том мире чем занимался? По профессии кем был?
— Какой там секрет? Менеджером младшего звена в фирме занимающейся организацией различных мероприятий. От совещаний до дней рождения богатеньких детишек. А что?
— Просто интересно. А я вот, например, до ухода на пенсию, занимался присмотром за обеспечением лучших умов страны всем необходимым. Приглядывал за людьми работающими на правительство в том или ином важном стратегическом направлении.
— Это как? Ученые что ли?
— Да. Они в том числе.
— Следили за ними?
— Нет. Я же сказал — приглядывал. Чтобы у них никогда не кончался кофе в кофейнике, чтобы в столовой всегда был выбор блюд, а на столе не переводилась писчая бумага и карандаши. Великие умы всегда экстравагантны, зачастую непостоянные и непредсказуемы. Кто-то пишет только зелеными карандашами лучшего качества на серой бумаге низшего качества. И если дать ему золотой Паркер и пачку лучшей писчей бумаги… работать он не сможет. Как и на компьютере печатать не станет. Попросту «мысля не пойдет». Мы занимались не принуждением, а снабжением. Приглядывали за теми, кто жил в городах и поздно возвращался домой. Чтобы ни один бандюган или наркоман не прицепился и не дай Боже не навредил. Надо было — забирали их детей из школы. В общем, работка у меня была не особо крутая, Джеймсом Бондом я не был, но дело делал важное. Мы ученых обеспечивали всем необходимым, а они спокойно отдавали все силы работе, не задумываясь о житейских трудностях. И если даже и отрывались от работы, то свободное время проводили в отдыхе, а не в рутинной беготне. Главную мысль уловили?