Зато в так называемой «тещиной комнате» уже стоял собранный из аккуратно оструганных досок, довольно мощный стеллаж, для домашних заготовок. А под ним деревянный ларь, объемом примерно на пару мешков картошки. Больше было и не нужно. В доме дяди Степы имелся большой погреб, где можно было хранить столько запасов, что хватило бы на все четыре семьи. Почему четыре? Честно говоря и посчитал и себя. Ну и учел, что что младшая Татьяна, тоже когда-нибудь выйдет замуж. Вот в итоге и получается четыре семьи.

— Так что же, ты хотел услышать? — произнесла Анюта, когда мы наконец все осмотрели.

— Да в общем-то у меня один вопрос. Хватит ли тебе пятисот рублей, на покупку мебели, или придется добавлять?

— Мне⁈

— Ну, а кому же, тебе здесь жить, что я, по-твоему должен мебелью заниматься? Это уже наглость с твоей стороны получается. Мне купили эту квартиру, твой папа сделал в ней хороший ремонт. Жить здесь собираешься ты, а я еще должен тебе мебель покупать?

— Я⁈ — Еще раз воскликнула сестренка, до которой никак не доходили мои слова, и заставляли нервничать.

— Ну а кто, я что ли. Ты же замуж собралась, а не я! Вот сама смотри!

С этими словами я достал из внутреннего кармана куртки паспорт и протянул его сестре. Та, осторожно открыла его, увидела свою фотографию. И ничего не понимая взглянула на меня.

— Ты не там смотришь. — произнес я. — Дальше листай.

Аня наконец добралась до страницы с пропиской и с удивлением обнаружила, что в графе прописка, изменился адрес. Вместо единственного штампа, где был указан отцовский дом, стоял штамп о выписке, а чуть ниже о прописке в этой квартире. Такого радостного визга, я не слышал, наверное, ни разу за всю свою жизнь. Правда, когда сестра слегка успокоилась, пришлось немного спустить ее с небес на землю.

— Все, немного не так, как ты, наверное, подумала. — Произнес я.

— Дело в том, что квартира моя. То есть твой отец, и дядя Ваня, по распоряжение умершего деда, и за его деньги, купили эту квартиру именно для меня.

— А, как же тогда я? — глазки сестры слегка заблестели от наворачивающихся слез.

— Да успокойся ты! Просто, когда покупали квартиру, выяснилось, что двухкомнатную на одного человека не продают. Вот когда я женюсь, тогда пожалуйста, а пока только однокомнатную, да и то малосемейку. Поэтому стали искать выход из положения, и я предложил прописать на эту жилплощадь тебя. Ты, моя сестра, фамилии у нас одинаковые, а то что разные отчества не обратили внимания. Или может решили, что у нас разные отцы при одной матери.

Услышав последние слова Анька прыснула в кулачок. Я же продолжил.