И еще оставалось немного места, как раз посередине. А там, за застекленными дверцами, вполне можно расставить какой-нибудь домашний хрусталь, и получается, что даже в спальной комнате у молодой четы, установлена стенка. Это ли не прямое указание на достаток?
Дневников и рабочих записей оказалось в принципе не так уж и много. Всего-навсего четыре, плотно набитых полиэтиленовых мешка, ну, наверное, видели, «сотканные» как бы из узеньких полосочек этого материала. После некоторых размышлений, решил забрать их с собой. Впереди меня ждала поездка в Монголию, а в дневниках описывались такие методы поиска полезных ископаемых, которых в обычных учебниках не найдешь, они приходят только с опытом, да и вообще было интересно разобраться в дедовых записях. Пока все это находилось в мешках, но уж для такого количества бумаг, место я думаю найду. У меня диванные ящики пустуют, да и в книжном шкафу тоже место найдется.
Дядя Ваня, как и обещал прислал и мой мини-мокик. Сейчас правда пользоваться им не было возможности, зима на дворе, но место в кунге нашлось. Позже решил сделать ему внешнюю подвеску, и укрепить его позади фургона, рядом с запасным колесом. Будет достаточно удобно. На грузовике не наездишься, а так оставил его на стоянке снял мопед и езжай куда хочешь. Короче, как разъездной транспорт лучше не придумаешь, да и экономия тоже в расчет идет.
Присланная одежда, по большей части, конечно на выброс. Похоже собирала ее тетя Наргиза, упаковывая в мешки, все что попадалось под руку. Я, чуть ли не хохотал, разглядывая детские ползунки, в которых когда-то делал свои первые шаги, или драные носки. Хорошо хоть чистые. Тетя Лена, тоже улыбнулась, видя все это, и тактично отказалась, после моего предложения найти применение детским вещам. В общем из пары баулов, как минимум полтора, тут же были отложены для сдачи на вторсырье. Как оказалось, тряпки тоже принимались со всем удовольствием и обменивались на дефицитную продукцию.
Из оставшегося, отобрал более или менее приличную одежду, и кое-какую обувь, которые сойдут для работы в поле. Скорый выезд, заставлял задуматься об этом всерьез. Кроме всего вышеописанного, дядя прислал дедову палатку, пару приличных спальных мешков, один из которых так и вообще оказался на гагачьем пуху, и разворачивался в полноценное стеганное одеяло. Резиновая двухместная лодка, в специальном мешке с алюминиевыми веслами, тоже оказалась как нельзя кстати. К ней прилагались и пара спиннингов и одно четырехметровое удилище, сломанное мною еще в восьмом классе, и так и стоящее без дела в сарае. Очень обрадовали некоторые геофизические приборы, принадлежавшие лично деду. Например тот же твердомер, приобретенный им в Аргентине, во время короткой остановки по пути в Антарктику. Или тот же морской бинокль. В союзе все это купить просто невозможно, разве, что где-то на черном рынке можно случайно обнаружить театральный бинокль, а все это пригодится еще не однажды. И наконец небольшой складной походный столик с тремя складными табуретами, которые укладывались внутрь стола. Когда-то их было четыре, но куда делся четвертый, убей не помню. Впрочем, и так тоже было неплохо.