Ахерон вновь опускает глаза. Он на минуту погружается в раздумья, тогда как я смотрю на то место, где стоял очень древний, злобный любитель высказать правду в лицо.
Но затем ко мне подошёл старик.
— Я сделаю всё, чтобы тебе помочь, Михаэль, — положил он руку мне на плечо, — Клянусь. Я не подведу.
— Буду рад, — улыбаюсь.
И на этом мы закончили. Я остался один — в окружении своих питомцев.
На самом деле, я даже рад, что произошла эта ситуация. Ахерон был описан как один из величайших, как Король-Призыватель, едва ли не бог всех фамильяров! Но на деле же… он обычный человек. Со своими тараканами и проблемами. Просто… человек. Че-ло-век…
— Быть может… я тоже смогу им остаться? — прошептал я, глядя на ладони.
Глава 5 Поцелуй со вкусом мяты * * *
Подземелье главного дворца Российской Империи.
Перепуганная златовласая блондинка, одетая лишь в подобие больничного халата, жалась к холодной стене мелкой, клаустрофобной камеры. Здесь не было никаких источников света, кроме единственного окна с решёткой, и то — размером чуть больше обычного большого смартфона. И свет там был всегда. То есть, ты и солнца-то по факту не видел — только имитацию.
Всё это складывало ощущение, что мира снаружи больше нет, а значит и надежды. Что ты здесь застрял. Навсегда. Тебя даже не убьют — ты просто будешь здесь сидеть, пока не сойдёшь с ума.
И эта бесконечность… да, пугала именно она. Ты хотел любой ценой её предотвратить, только из-за собственной фантазии, из-за всех условий вокруг! Этих шепчущих теней. Этих криков из других камер. Этого грёбанного искусственного солнца в этом грёбанном мелком окне, из-за которого ты даже не понимал, насколько глубоко под землёй!
Князев был на одной ноге с самим Кошмаром, о, и поверьте, они оба знают как ломать людей.
И ничего не ломает человека лучше… чем он сам. Чем перспективы, которые он себе рисует.
— Пап, можно я ей язык отрежу?.., — спросила зашедшая с Князевым девочка с заячьей головой.
— Нет, дорогая, нельзя, — вздыхает он.
— Но она предательница! Она не только Мишу сливала, но и меня! Ты не злишься? Твою доченьку хотели раскрыть!
— Поэтому она и здесь, дорогая.
— Я… я немного её помучаю! А если не разрешишь, то скажу маме, что ты такое поощряешь, и тебе вообще на меня плевать.
— Тебе не поверят, дорогая.
Зайка, уже доставшая нож в предвкушении, на секунду замолчала, не нашла что ответить, и потому сложила руки на груди и нервно затопала босой ножкой, не отрывая обиженного взгляда от черноволосого затылка отца.
Виктор же, привыкший и совладавший с наклонностями любимой дочери, старался это игнорировать, но… какой отец сможет игнорировать любимую доченьку, пусть та и Зайчиха-маньячиха? Потому он тоже был чуть нервный, и пленница это заметила.