— По желанию геройской партизанки Клавдии Петровны Замятиной прозвучит песня «Дан приказ ему на запад». Тётя Клава, выходите вот сюда. Нет, на стул не надо. Вы начинайте, а музыканты подыграют… Дан приказ ему на запад.
— А сейчас, — торжественно говорит ведущая концерта, после аплодисментов, — в честь Клавдии Петровны споёт Николай Петрович Игнатьев. Герой Советского Союза, Сбил двадцать два лично, одиннадцать в группе.( лётчики уважительно загудели). Красоту свою Николай Петрович потерял в июле сорок первого когда тараном сбил вражеский бомбардировщик. Сам чудом выжил и вернулся в строй. Сейчас прозвучит песня «По военной дороге». На скрипке маэстро из городка Художников Самуил Абрамович Кац… Попандопуло отстукивает ритм. Похлопаем, товарищи.
После аплодисментов началась песняhttps://vk.com/video96647863_456240114
— А теперь ещё одна песня, — весело перекрикивает всех организатор действа, и сжав ладони в кулаки, звонко кричит, — Давайте, мальчики!
И, тот же состав мальчиков, даёт. «Эх, тачанка ростовчанка, наша гордость и краса…»
Наши музыканты играют во всю мощь. Маэстро с яростной улыбкой пилит скрипку. Авиаторы прыгают положив руки на плечи друг другу. В центре круга подпрыгивая носится Пилюля делая рожи лётчикам и получая тоже самое в ответ… Наш рёв слышен, наверное, в Городке Художников…
Да, Любэ со своим «Батькой Махно» — отдыхают. Это просто какой-то революционный шабаш.
Музыка затихает. Народ взмыленный, но довольный расползается по стеночкам.
— А сейчас Клавдия Петровна вместе с Фёдором исполнят известную Песню о Щорсе — анонсирует предводительница местных Неуловимых.
Пели дружно. Давно я так не пел. Просто растворяешься в незамысловатых мелодии и тексте.
Тут Пилюля влезла на стол к музыкантам и объявила сама себя:
— В честь нашей дорогой тёти Клавы я исполню старинную русскую песню Калинка.
С присвистом, притопами и прихлопами вся братия снова пустилась в пляс. Потом пили чай и слушали лётные байки. Как-то незаметно приехала дежурка. Забрала смену и по уже доброй традиции Пилюльку. Из кузова в ночной тишине по району раздавался звонкий девичий голос, исполняющий на бис песню про ягоду…
Лежу. Смотрю на игру потолочных теней, рисуемых заоконной метелью. В детстве я начал выписывать в тетрадь интересные фразы из книг. Мне казалось, что вставив в разговор что-то очень заумное, я прослыву необычным и образованным. Уже будучи преподавателем, я нашёл эту тетрадь и с умилением читал эту заумь. Некоторые книжные посылы, как и фразы из культовых советских фильмов, врезались в память. Вот, например, булгаковское «И вообще не бывает так, чтобы все стало, как было». Придумать такое можно либо обкурившись, либо упившись вусмерть. Так мне раньше казалось. А сейчас думаю, что многие писатели — это те же попаданцы. В свой придуманный мир. Где и небо голубее, и девушки красивее, и злодеи злее… И каждая новая страница меняет текст на предыдущих. Оставляя в книге след, как круги на воде от брошенного в реку камня…