С полным ядром, я выскочил из земли, как пробка из бутылки, и сжимая в окровавленной руке топор, поспешил на выход из храма.
Глава 53
Выйдя на улицу, я увидел, что в деревне творится настоящий ад… Несколько домов начали разгораться, и улицы освещались бликами огня. Было хорошо видно, как повсюду в поселении местные бьются насмерть друг с другом, убивая своих знакомых, соседей, близких и родных. Со всех сторон раздавались глухие звуки ударов, детский, женский плачь и визги, яростные выкрики угроз, просьбы о помощи, мольбы о пощаде…
— Папа не надо!!!
— Ты не мой сын, ты из недавно прибывших! Я не дам тебе уничтожить наш мир! Умри же тварь!
— Не-е-т!..
— Сара, сестра, ты чего⁈ Успокойся! Я же твой родной младший брат!
— Ты недавно появился в нашей семье! Ты новенький, тебя надо убить, ты навредил нашей богине, и хочешь уничтожить наш мир!..
— Кёрк, милый, не надо! Остановись! Я же люблю тебя!
— Ты моя новая жена, ты новенькая, и должна умереть! Так сказала богиня…
Недалеко от меня несколько женщин в возрасте и пара подростков сельхозинвентарем забивали какого-то здоровенного мужика. У мужика была повреждена нога, и он не мог убежать, поэтому сидя на земле отмахивался от нападающих небольшой палкой, а они с криками: «Новенький! Чужак! Убейте его!» — выискивали удачный момент, и наносили удары. Когда мужик отвлекся на подростка, который серпом задел его бок, бабка с размаху засадила грабли ему в голову. Мужик немного подергался в конвульсиях, и затих, а его палачи переглянулись между собой…
— А ты старая, кто такая⁈ Я тебя не помню! — подозрительно спросил парень, глядя на бабку с граблями.
— Я-то всю жизнь здесь прожила, и меня все знают, а вот твоё лицо только недавно стало попадаться мне на глаза, — со злостью сказала бабка, и выдернув свои грабли из головы мужика, вдруг завопила:
— Новенький!!! Он новенький! Он только недавно у нас появился! Убить всех новеньких!!! — и все оставшиеся разом набросились на пацана, избивая его инструментом…
Да, что-то Гаш не рассчитал, отдавая столь неопределенный ментальный приказ, шокированный подумал я. Как-то странно жители определяют, кто у них новенький. Или древний вампир так и не научился нормально формулировать ментальные приказы, или просто это первый раз, когда он оказался в таком положении, и в панике начал транслировать первое, что ему пришло в голову. Но, как ни крути, навряд ли он рассчитывал на что-то подобное… Теперь жители деревни перебьют друг друга, и некому будет выкапывать древнего вампира.
Я уже собрался бежать к дому старосты, на выручку своим друзьям, но тут увидел, как Оркус и несколько местных мужиков, с яростными криками, загоняют в угол какую-то девушку. Приглядевшись, я узнал в девушке Лизу, она прижималась спиной к забору, и отмахивалась от нападавших двумя небольшими водными плетями. Я со всех ног ринулся ей на помощь, но не успел… Какой-то мужик из местных, подловив момент, когда она замахнулась на Оркуса, вилами ударил ей в грудь… «Лиза, не-ет!!!» — с ужасом закричал я. Но к моему великому облегчению, вилы не проткнули Лизу, просто толкнули её, прижав к забору, а место удара вспыхнуло тусклым свечением активированного покрова. Мужик так и продолжал давить на вилы, прижимая Лизу к забору, и лишая её подвижности. Водные плети Лизы распались, она схватилась за зубья вил, и чуть ли не визжа, прокричала: «Помогите!!!». А остальные, местные загонщики, принялись со всей силы бить по Лизе какими-то палками, от чего её покров засиял вспышками. К ним решил присоединиться и Оркус, он размахнулся своей секирой, поднимая её над головою… Но ударить я ему не дал, подбежав сзади, разрыхлил под ним грунт, и Оркус провалился по шею в землю. А когда он зачем-то опустил под землю руки с секирой, я сразу же прекратил действия навыка, тем самым обездвижив его. После чего, я начал по очереди насаживать на земляные копья остальных обидчиков Лизы, которые настолько увлеклись своим занятием, что не сразу поняли, что их убивают… Разделавшись со всеми, я перевёл взгляд на Лизу… Похоже у неё под конец закончилась мана, и Лизе немного досталось. У неё начал заплывать левый глаз, с головы, по лбу, катились капельки крови, а на сарафане растекалось красное пятно. Её трясло, она всхлипывала, и продолжала держать вилы за зубцы.