— Зелье забвения стирает последние воспоминания от месяца до года, в зависимости от дозы.
— Да ну, зачем Тиму стирать месяцы своей жизни из памяти? — отмахнулся я от этой идеи.
— Я согласен! — немного подумав, решительно заявил Тим. — Если это зелье позволит мне участвовать во всех ваших делах, я согласен его принять.
— Но зачем тебе это⁈ — не понял я, — ты же ничего не будешь помнить, да и ещё может быть у этого зелья есть какие-то побочные эффекты.
— Из-за любопытства. Лео, ты очень необычный человек, вокруг тебя постоянно что-то происходит, и я хочу в этом поучаствовать. Пусть я об этом потом забуду, но что-то мне подсказывает, у меня будет много впечатлений. Ну и мой прогресс в развитии никуда не денется. Я напишу себе письмо, в котором объясню, зачем я на это пошел, и после того как выпью зелье, вы мне его отдадите.
— Мозг, а нельзя потом с помощью менталиста восстановить эти воспоминания? — с подозрением спросил я.
— Нет, я и об этом зелье узнал только из-за того, что Лика водила ко мне подопытного, из которого я пытался вытащить воспоминания за последний месяц. У меня ничего не вышло, и навряд ли с этим справится даже более опытный менталист.
— Ну не знаю, — с сомнением произнес я.
— Лео, пожалуйста! — посмотрел на меня Тим умоляющим взглядом.
— Ну хорошо, — сдался я, — пойдем к Лике. Твои мозги, и тебе ими распоряжаться. Станешь слюнявым идиотом, потом не жалуйся. И не думай, что тебе удастся свалить из герцогства не выпив зелья. У меня ребята шустрые, в миг догонят и насильно зальют.
— Спасибо, Лео! — захлопал в ладоши Тим, и бросился мне на шею.
— Ты это… Прекращай эти нежности. У нас тут мужики суровые, могут неправильно понять.
Мы втроем отправились к Лике. Она выслушав нас дала зелье, но при этом недовольно бурчала про то, что зелье очень дорогое, и у неё всего лишь один флакон. Поблагодарив Лику мы пошли в мой кабинет, где Тим написал себе письмо, а также письмо отцу, в котором коротко пояснил, что у него всё хорошо, ему здесь нравиться, он постоянно тренируется, и в ближайший год, домой не собирается. С этих пор все письма Тима будут проходить через нашу СБГ. Мне в его письме отцу, только одно показалось странным, что Тим подписался как «Твой Котенок». Да кто их разберет, этих столичных аристократов, подумал я. Дописав письмо отцу, Тим вскочил со стула, со словами:
— Ну а теперь, Лео, ты мне расскажешь, где ты пропадал всю неделю⁈
— Куда ж я денусь, — тяжко вздохнул я, — собирайся, пойдем на прогулку.
Тим начал восторженно охать и ахать, когда мы ещё только подходили к территории хватов. Я специально взял с собой миску с кусочками сырого мяса. Подойдя ближе, кинул кусок, который в полете был схвачен хватом. Этим самым я хотел показать столичному аристократу, что дальше начинаются опасные места. Но Тим взвизгнул от восторга, и попросил дать ему мяса, чтобы самому покормить этих удивительных существ. Отдав миску, я смотрел на него, как на придурка, не понимая, прикалывается он, или действительно считает, что мы их тут специально разводим.